Итальянцы в рабочем движении США

Рабочее движение в США в XIX веке

Рабочее движение в США в конце XIX — начале XX века развивалось в борьбе двух тенденций: революционной и оппортунистической. На протяжении всего этого периода в США происходили ожесточенные стачечные бои пролетариата и наряду с этим в организационном и политическом отношении американское рабочее движение отличалось крайней слабостью.

Положение рабочего класса в США

Уже в конце XIX века США были страной необычайных контрастов и колоссального имущественного неравенства. По данным всеобщей переписи 1890 года, 9% населения владели 71% национального богатства, в то время как 52% владели 5%. Писатель Роберт Хантер в книге «Нищета» писал, что в Соединенных Штатах в начале XX века из 80 млн. американцев 10 млн. жили в нищете, «плохо питались, плохо одевались и имели плохие жилищные условия», в том числе 4 млн. были такими бедняками, что не могли существовать без помощи общества. На многих предприятиях широко использовался детский труд. Отчет комиссии штата Нью-Йорк по обследованию детского труда гласил, что дети, занятые на нью-йоркских консервных фабриках, превратились в маленькие машины с замотанными в тряпье руками, их запястья и пальцы были сплошь изранены, поскольку они целыми днями резали бобы или очищали кукурузные початки. Многие мальчики и девочки в возрасте до 14 лет работали с 4 часов утра до 9 или 10 часов вечера.

Отсутствие техники безопасности и охраны труда было типичным для большинства американских предприятий. Длинный рабочий день в сочетании с бешеным темпом работы приводил к большому количеству несчастных случаев, на многих фабриках и заводах работа была просто опасна для жизни.

Тяжелые условия труда рабочих служили причиной постоянной борьбы рабочих против буржуазии. Но некоторые особенности социально-экономического развития США затрудняли рост политической организованности американских рабочих, тормозили развитие классового самосознания и социалистического движения:

  1. В США до конца XIX века отсутствовал постоянный класс пролетариата. Наличие свободных земель затрудняло процесс создания пролетарского ядра. Американские рабочие вместо того, чтобы вести борьбу за улучшение своего положения в промышленности, могли уйти на Запад и превратиться в фермеров. Правда, это был временный фактор, потому что «безграничные девственные леса и еще более безграничные прерии» переходят к концу века к частным собственникам.
  2. Американская буржуазия имела огромные возможности для подкупа верхушки рабочего класса, для создания слоя рабочей аристократии. Испытывая постоянную нужду в рабочей силе, буржуазия США вынуждена была платить своим рабочим более высокую заработную плату, чтобы удержать их в быстро растущей промышленности. Однако, если общий уровень жизни занятых американских рабочих и был немного выше, чем в Европе, то значительно выше была и степень интенсификации труда, а следовательно, и степень эксплуатации рабочих. Весьма характерно следующее сравнение: труд двух американских рабочих по производительности равнялся труду пяти английских рабочих.
  3. Причиной слабости рабочего движения в США являлось умелое использование буржуазией того факта, что рабочий класс в этой стране был многонационален.

Американские рабочие имели привилегированное и более обеспеченное положение по сравнению с рабочими других национальностей – итальянцами, евреями, поляками и т. д. Особенно большой дискриминации подвергались негры. Американская буржуазия вела политику раскола пролетариата и тем самым ослабляла его.

Стачечное движение

В течение последней трети XIX века многочисленные схватки между рабочими и монополиями следовали одна за другой.

Первое значительное выступление рабочих произошло в угольном бассейне Пенсильвании в январе 1875 года, но шахтовладельцы жестоко расправились с горняками. Девятнадцать руководителей подпольной рабочей организации были казнены. Летом 1877 года в ответ на снижение заработной платы железнодорожными магнатами поднялись на борьбу рабочие трех главных линий: Пенсильванской, Балтиморо-Огайской и Центральной Нью- Йоркской. Затем стачка охватила уже почти все штаты от Западной Виргинии до Огайо, от Нью-Йорка до Чикаго, от Сент-Луиса до Сан-Франциско. На подавление бастующих была брошена полиция штатов, были вызваны федеральные войска, и не менее трехсот забастовщиков отдали свои жизни за общее дело.

В 80-е годы рабочее движение в США вступает в новый этап — оно становится массовым. Число рабочих к этому времени достигло 5,5 млн. человек. В течение 80-х годов XIX века произошло 19 тыс. забастовок с числом участников свыше 4 млн. человек. Главным лозунгом становится лозунг 8-часового рабочего дня. В борьбу за это требование вступили широкие массы трудящихся. Рабочие бойкотировали капиталистов, которые противились введению 8-часового рабочего дня, они покупали только «восьмичасовые ботинки и шляпы», курили «восьмичасовой табак» и распевали «восьмичасовую песню».

Движение за 8-часовой рабочий день завершилось всеобщей забастовкой 1 мая 1886 года, охватившей около 350 тыс. человек. Особенно большой размах и драматический характер приняли события в Чикаго — здесь число бастующих достигло 80 тыс. человек. 3 мая 1886 года во время митинга полиция открыла огонь по демонстрантам: 6 человек было убито и много ранено. 4 мая возмущенные рабочие организовали митинг протеста против этого расстрела. И этот митинг из-за брошенной провокатором бомбы закончился новым нападением вооруженных полицейских на мирную толпу, в результате которого были еще убитые и раненые. Чикагская трагедия привела к аресту руководителей стачечного движения и казни его наиболее видных вождей.

Массовое движение рабочих в 80-е годы имело практические результаты — несколько десятков тысяч рабочих получили 8-часовой рабочий день. Энгельс оценивал эту борьбу как самостоятельное массовое движение американского пролетариата. В память чикагской трагедии в 1889 году на I Конгрессе II Интернационала была принята резолюция, призывающая рабочих всех стран отмечать 1 мая как день международной солидарности и борьбы пролетариата.

Массовые бои рабочих продолжались и в 90-х годах XIX века. Самое крупное выступление этих лет — забастовка на вагоностроительных заводах Пульмана в 1894 году. Пульмановских рабочих поддержали железнодорожники двадцати железных дорог США. Это была действительно общенациональная забастовка, охватившая свыше 150 тысяч рабочих. Президент Кливленд распорядился послать войска в район стачки, город Чикаго был объявлен на осадном положении. Рабочий вождь Ю.Дебс писал: «С 6 по 9 июля войска, численность которых достигала 14 тысяч, ежедневно стреляли в стачечников. Только 7 июля было убито 30 человек и несколько десятков ранено». Стачка закончилась поражением, но она имела большое значение для развития классового самосознания рабочих; методы подавления разоблачали сущность буржуазной демократии. Напряженные бои между буржуазией и пролетариатом в последней трети XIX века похоронили легенду об «исключительности» Америки, об отсутствии в ней классовой борьбы. Стремясь остановить революционизирование рабочего класса, буржуазия использовала тред-юнионизм.

Американская федерация труда. В 1881 году возникло Объединение профсоюзов под названием Американская федерация труда (АФТ). Основной состав этой организации — квалифицированные, хорошо оплачиваемые рабочие. Руководителем ее с момента формирования и до 1921 г. был Сэмюэль Гомперс — типичный представитель рабочей аристократии, проводивший политику буржуазии в рабочем движении. АФТ была организована по цеховому принципу и стояла на позициях классового сотрудничества. «Труд и капитал дополняют друг друга», — говорил Гомперс. Рабочие должны получать «справедливую заработную плату, — демагогически провозглашал он, — капиталистам остается «справедливая прибыль». Гомперс был фанатичным противником социализма, он всегда выступал против создания массовой политической рабочей партии. Во время выборов АФТ обычно поддерживала демократическую партию. Негры не имели возможности вступать в союзы АФТ.

Обострение классовой борьбы в начале XX века

Вступление США на рубеже XIX и XX веков в эпоху империализма повлекло за собой обострение классовых противоречий. Ежегодно число бастующих все возрастало и в 1913 году достигло почти миллиона человек.

Ярким примером ожесточенности классовой борьбы в США явилась забастовка горняков Колорадо. «Колорадская топливная и железоделательная компания», возглавляемая Рокфеллером, поставила своих рабочих буквально в рабские условия. Она владела жилищами, церковью, магазинами, школами. Вся жизнь горняков полностью зависела от произвола компании. В сентябре 1913 года началась забастовка 19 тыс. горняков. Выселенные из своих жилищ рабочие построили лагерь в Лудло и несмотря на наступившие зимние холода, мужественно сопротивлялись предпринимателям, окружившим лагерь полицейскими и гангстерами. 20 апреля 1914 года полиция и наемные банды произвели обстрел лагеря из ружей и пулеметов, были убитые и раненые. На второй день палатки лагеря были облиты смолой и подожжены. В результате этого дикого злодеяния в одной яме нашли задохнувшимися 11 детей и двух женщин. Полиция захватила трех рабочих и расстреляла их. Таковы были кровавые методы расправы с рабочими в США.

Подъем стачечного движения, обострение классовой борьбы способствовали росту и укреплению Социалистической партии Америки, основанной в 1901 году. В момент образования, партия насчитывала 10 тыс. членов, в 1905 году — 23 тыс., в 1912 году — 125 тысяч. Выдающимся организатором и руководителем Социалистической партии был Юджин Дебс, блестящий пропагандист, настоящий народный трибун, один из «самых любимых вождей американского пролетариата». В 1912 году Дебс выставлял свою кандидатуру на президентских выборах и получил около миллиона голосов. Дебс возглавлял левое крыло социалистов, которые смело критиковали буржуазное общество и боролись за свержение капитализма, но преобладающую роль в Социалистической партии играли оппортунисты, и поэтому она не возглавила рабочий класс и его революционную борьбу, оставаясь партией реформ.

Индустриальные рабочие мира

Обострение классовой борьбы и подъем стачечного движения в начале XX века подготовили условия для создания в 1905 году новой организации рабочих — «Индустриальные рабочие мира» (ИРМ). Одним из ее основателей был руководитель Западной Федерации горняков Билл Хейвуд. «Большой Билл», как звали рабочие Хейвуда, сам происходил из семьи горняков и с девяти лет начал работать в штатах; юношей он включился в борьбу с предпринимателями, был боевым организатором и талантливым руководителем рабочих.

В ИРМ входили неквалифицированные сезонные рабочие (сельскохозяйственные, строительные, лесорубы), в нее был открыт доступ неграм. Члены ИРМ не признавали соглашений с хозяевами, главным средством борьбы они считали саботаж и стачку. В популярной песне, сочиненной поэтом ИРМ Джо Хиллом, говорилось:
Единство! Единство! Вот правильный путь!
К хозяйской конторе дорогу забудь!
Лишь скебам мила от хозяев подачка.
Наш лозунг: Союз и единая стачка!

На первом съезде ИРМ в июне 1905 года были приняты две важные резолюции:

  1. О необходимости создать революционный профсоюз по производственному принципу;
  2. О солидарности с русской революцией 1905 года.

Однако несмотря на свою революционную активность, Союз индустриальных рабочих не смог превратиться в подлинно массовую организацию, так как отказывался от политической борьбы.

38. Рабочее, профсоюзное, фермерское и социалистическое движение в сша.

Положение рабочего класса и начало рабочего движения в США. Рабочие партии конца 20-х и в 30-х годах XIX в. Промыш­ленный переворот на Севере сопровождался ростом фабричного пролетариата и усилением его эксплуатации. Особенно тяжелым было положение рабочих в густонаселенных северо-восточных районах. Рабочий день в 20—30-х годах длился в среднем 12,5 ча­сов, а зарплата взрослого рабочего составляла 1 доллар в день. Десятки тысяч рабочих, ремесленников и бедных ферме­ров ежегодно попадали в тюрьму за долги.

Особенно тяжелым было положение рабочих-иммигрантов — ирландцев, англичан, немцев.

С конца 20-х годов усилилась борьба рабочих за улучшение своего положения. Главными требованиями рабочих были: 10-ча­совой рабочий день, отмена ареста за долги, повышение заработ­ной платы, создание общественных школ, предоставление изби­рательных прав всему взрослому мужскому населению, наделе­ние земельными участками на Западе. Рабочие часто устраивали стачки. В конце 20-х и в 30-х годах быстро создавались многочис­ленные профсоюзы квалифицированных рабочих, строившиеся по цеховому признаку. Рост профсоюзного движения был времен­но ослаблен кризисом 1837—1842 гг. Но все же в 1842 г. Верхов­ный суд вынужден был признать за рабочими право бастовать и легализовал деятельность профсоюзов.

Первая рабочая партия была создана в 1828 г. в Филадель­фии, а затем подобные организации были основаны в Нью-Йорке и многих других городах Востока, севернее Мэриленда. С 1823 по 1834 г. под разными названиями было основано более 60 ра­бочих партий.

В 30—40-х годах среди рабочих и ремесленников США рас­пространялись идеи утопического социализма Р. Оуэна и Ш. Фу­рье. В штате Индиана в 1825 г. Р. Оуэн создал социалистическую общину «Новая Гармония».

Рабочее движение в США в 40—50-х годах.

После экономического кризиса 1837—1842 гг. в США насту­пила длительная полоса подъема рабочего движения и роста профсоюзов. К 1854 г. профсоюзы насчитывали до 200 тыс. чле­нов. Главным их требованием было введение 10-часового рабо­чего дня. В 1853—1854 гг. профсоюзы организовали несколько сот забастовок. Законодательные собрания ряда штатов вынуж­дены были принять законы о 10-часовом рабочем дне, хотя капи­талисты всячески стремились обойти эти ограничения. Среди американских рабочих сохранялась тяга к земле, к получению бесплатных земельных наделов на Западе. В 1845 г. в Нью-Йорке это требование выдвинула массовая организация рабочих «Национальная ассоциация реформ», требовавшая так­же 9-часового рабочего дня.

Виднейшим пропагандистом марксизма в США с 1851 г. был соратник Маркса немецкий иммигрант, бывший член Союза коммунистов, Иосиф Ведемейер. В 1852 г. по инициативе И. Ведемейера и Ф. Зорге в Нью-Йорке была учреж­дена первая марксистская организация в США — «Пролетарская лига». Немецкие рабочие в Нью-Йорке по настоянию Ведемейера основали «Американский рабочий союз». Была сделана попытка образовать подобный союз и из американских рабочих. Усилия Ведемейера были направлены на создание в США самостоятель­ной пролетарской партии.

В 1857 г. в Нью-Йорке был учрежден Коммунистический клуб, деятели которого были связаны с Ведемейером. В дальнейшем этот клуб вошел в I Интернационал. В том же году в Чикаго вбразовалось «Рабочее общество», пригласившее Ведемейера для редактирования своих изданий.

Орден рыцарей труда. 80-е годы явились пе­реломным моментом в истории рабочего движения США: ра­бочие впервые выступили как класс, ‘Осознавший свои особые интересы. В эти годы рабочие объединялись в основном вокруг Ордена рыцарей тру­да (ОРТ), возникшего в 1869 г. ОРТ провозгласил своей целью «освобождение рабочих от тирании корпораций и уничтожение рабства наемного труда». Систему наемного труда ОРТ наивно проектировал заменить при помощи мирных средств производ­ственными кооперативными предприятиями рабочих. Выступая против складывавшихся в то время трестов, ОРТ полагал до­биться их устранения путем выкупа у капиталистов за счет го­сударства железных дорог, телеграфной и телефонной сети и замены частной банковской системы государственными банков­скими учреждениями.

С начала 80-х гг. ОРТ стал превращаться в массовую орга­низацию. Основную массу ОРТ составляли не­квалифицированные и малоквалифицированные рабочие. В не­го принимались также негритянские рабочие, что являлось од­ной из сильнейших сторон этой организации. Местные ассамблеи ОРТ строились не по производственно­му, а по территориальному признаку. Таким образом, в одной местной организации состояли рабочие разных специальностей и разных предприятий. Популярный лозунг ОРТ — «Ущерб, нанесенный одному, касается всех»— звал к солидар­ности и единству рядов рабочего класса.

Американская федерация труда. В период фор­мирования монополистического капитализма у крупной буржу­азии появилась экономическая возможность подкупа верхних прослоек пролетариата, что привело к выделению движения привилегированных квалифицированных рабочих. Этих рабо­чих не удовлетворял ОРТ, и в 1881 г. была создана Американ­ская федерация труда (АФТ), организованная по цеховому признаку. Фе­дерация встала на путь получения уступок от капиталистов* и для проведения в жизнь своих требований предлагала рабо­чим организациям использовать мирные средства и добиваться проведения своих представителей в законодательные органы. Реакционная шовинистическая тенденция нашла свое выраже­ние в недопущении негров в профсоюзы АФТ.

Борьба за 8-часовой рабочий день. В 1885 г. АФТ призвала все рабочие организации выйти на улицу 1 мая 1886 г. и оказать поддержку стачке за 8-часовой рабочий день.

1 мая 1886 г. свыше 350 тыс. рабочих по всей стране прекра­тили работу и вышли на улицы городов, требуя введения 8-ча­сового рабочего дня. В результате первомайской стачки 1886 г. 185 тыс. рабочих добились вве­дения 8-часового рабочего дня. Кроме того, целый ряд пред­приятий сократил часы работы с 12 и 14 часов до 9 и 10. Одна­ко продолжительность труда для большинства рабочих оста­лась прежней.

Читайте также:  Политическая ситуация в США во времена вьетнамской войны

Напуганная огромным подъемом движения, буржуазия орга­низовала провокацию со взрывом бомбы в Чикаго с целью раз­грома рабочих организаций. 3 мая 1886 г. полиция обстреляла мирную демонстрацию рабочих. Летом 1887 г. перед судом предстали восемь вождей чикагских рабочих, они были приговорены к смертной казни. 1 мая было провозглашено днем солидарности пролетариев всех стран.

Социалистическая рабочая партия. Пропаганду социалисти­ческих идей среди рабочих в этот период вели члены Социали­стической рабочей партии (СРП). Она оформилась в 1876 г. на основе слияния ряда социалистических организаций и групп.

СРП стремилась перенести центр тяжести социалистической пропаганды и работы с массами в область парламентской борьбы и отказывались от других форм борьбы трудящихся за улучшение своего экономического и политического положения. Сектантская позиция лидеров СРП нанесла прямой ущерб общенациональному рабочему движению, когда в 80-х гг. они фактически отказались участвовать в борьбе за 8-часовой ра­бочий день», полагая, что это было бы вмешательством в чисто тред-юнионистские дела. Отказ выступить в защиту пригово­ренных к смертной казни вождей чикагских рабочих значитель­но подорвал престиж СРП среди американских рабочих.

С начала 90-х гг. большим влиянием в среде американских социалистов стал пользоваться Даниэл де Леон, вскоре став­ший во главе руководства СРП.

Особенности развития рабочего движения в США. В целом борьба рабочих носила экономический характер. Борьба двух тенденций в рабочем движении — революционной и оппортунистической — в последней трети XIX в.

Положение фермерства. Увеличение задолженности, постепенный рост земельной ренты, поддержание высоких цен на покупаемые фермерами промышленные товары и низких цен на сельскохо­зяйственные продукты, установление монопольных тарифов и фрахтов, потеря фермерами своих земель, уходивших к дер­жателям их закладных,— вся система гнета, который нес ферме­рам развивающийся капитализм, приводила к обнищанию и разорению многих тысяч мелких и средних фермерских хозяйств и резкому обострению классовых противоречий.

Грейнджеры и гринбекеры. Разорение толкало фермеров на отчаянную борьбу, что привело к возникновению общенацио­нальных движений грейнджеров, гринбекеров, фермерских аль­янсов и популистов. В 70-х гг. широкий размах получило движение грейнджеров и гринбекеров. Орден защитников земле­делия, или Лига грейнджеров («грейндж» в переводе с англий­ского—«ферма»), выступал за снижение железнодорожных та­рифов, облегчение сбыта сельскохозяйственной продукции и поощрял создание фермерских кооперативов. Однако, разоча­ровавшись в методах и средствах борьбы «Ордена», ферме­ры приступили к созданию гринбекерской партии (1875), ко­торая панацеей от всех бед и несчастий фермеров считала увеличение выпуска бумажных денег — гринбеков (получили своё название от зеленой виньетки на оборотной стороне ассиг­наций). После включения в программу гринбекерской партии целого ряда рабочих требований к ней примкнуло значитель­ное число рабочих. При поддержке рабочих союзов движение приняло широкие размеры, и на выборах 1878 г. гринбекерско-рабочая партия получила более миллиона голосов. Однако вскоре значительная часть гринбекеров включилась в еще бо­лее широкоге движение фермерских альянсов.

Фермерские альянсы и Народная партия. К началу 80-х гг. фермерские альянсы существовали уже во многих штатах. В движении образовалось два центра притяжения — Север­ный альянс и Южный альянс. В конце 80-х гг. альянсы, в ко­торых к этому времени участвовало более половины всех фер­меров страны, начинают принимать более активное участие в политической жизни. Их действия привели к образованию Народной (популистской) партии в феврале 1892 г. на съезде в г. Сент-Луис.

Рабоче-популистский блок. Экономический кризис 1893 г. и подъем стачечного движения способствовали расширению социальной базы популистского движения за счет наиболее обез­доленных слоев населения, а также вхождения в Народную партию ряда рабочих союзов и социалистических групп. В развернувшейся накануне национальных выборов 1896 г. вну­трипартийной борьбе радикальные популисты стремились от­стоять программу рабоче-популистского блока и выдвинуть в качестве кандидата Народной партии в президенты США из­вестного рабочего лидера Юджина Дебса. Однако консерва­тивное руководство партии сумело осуществить слияние Народной партии с демократами и добиться выдвижения попули­стским кандидатом в президенты США кандидата демократиче­ской партии Брайана. Деморализованная слиянием с демокра­тами и поражением на выборах, Народная партия вскоре пре­кратила свое существование.

Социалистическое движение в США и его раскол. Наступ­ление монополий на права трудящихся повлияло на развитие социалистического движения. В 1901 г. в Индианаполисе была создана Социалистическая партия (СП). В нее вошли” Социал-демократическая партия Америки, незадолго до этого (1897) основанная. Новая партия повела широкую пропаганду социалистических идей. В период подъема массового рабочего движения (1907—1912). 16 на­циональных рабочих союзов, насчитывавших в своих рядах около 300 тыс. рабочих, приняли социалистическую програм­му, а Объединенный союз горняков потребовал обобществле­ния всех средств производства в стране.

На съезде СП в 1912 г. правооппортунистическое крыло одержало победу над левыми социалистами, осудив революци­онные методы борьбы. Это заставило левые элементы во главе с Хейвудом выйти из СП. Раскол 1912 г. (через несколько месяцев после съезда в ее рядах ог 118 тыс. осталось лишь 40 тыс. членов) нанес СП непоправи­мый удар.

Беспартийная лига. Интерес к политическим формам борьбы вновь проявился после созда­ния в 1915 г. Беспартийной лиги. В нее входили фермеры и городская мелкая буржуазия 12 западных штатов. Во время избирательных кампаний участники этого движения, как пра­вило, поддерживали республиканскую партию. •

Негритянское движение «Ниагара». За республиканской партией, принявшей более полувека назад прокламацию об ос­вобождении рабов, в основном следовало и негритянское на­селение. Растущее национальное самосознание привело к воз­никновению среди молодой негритянской интеллигенции ради­кального движения под названием «Ниагара». Его участники выступали против расовой дискриминации. Хотя лидеры «Ниа­гары» нередко выдвигали явно националистические лозунги, это движение сделало шаг вперед в деле национального разви­тия негритянского народа и способствовало созданию Нацио­нальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения.

Крупной победой рабочего класса завершилась многолетняя борьба за право на организацию профсоюзов, заключение коллективных договоров и объявление забастовок. Ко вре­мени первой мировой войны тысячи организованных в проф­союзы рабочих завоевали 8-часовой рабочий день. В 25 шта­тах законы установили предел продолжительности рабо­чего дня для мужчин и закрепили 8-часовой рабочий день ддя женщин. Женщины завоевали избирательные права в 12 штатах (в основном на Западе): 38 штатов запре­тили труд малолетних детей. Важное значение имело законо­дательное закрепление в 9 штатах нормы минимальной зара­ботной платы на всех предприятиях. Почти по всей стране удалось ввести систему компенсаций за несчастные случаи на производстве. Отдельные категории рабочих вырвали у пред­принимателей повышенную оплату за сверхурочные часы и работу в праздники и выходные дни.

igornasa

Особенности американской жизни

Когда-то не было такой вещи, как нелегальная иммиграция в Америку.
Если ты сумел добраться сюда, ты мог остаться здесь.
(The Golden Door)

Северную Америку открывали и колонизировали европейцы из разных углов старого континента – итальянцы, испанцы, голландцы, французы, англичане, русские. Поэтому еще в колониях с преимущественно англосаксонским населением, которые и стали Соединенными Штатами, проживали выходцы из других европейских стран.

В собственно же США массовая эмиграция началась после 1815 года. По времени прибытия, составу и отношению к ней она делится на три группы.

“Старая” иммиграция (1815 – 1890)

Мы с тобой одной крови .

“Старая” иммиграция в основном была из Северной Европы – британцы, ирландцы, немцы, скандинавы; по вере она являлась протестантской (кроме ирландцев-католиков).

Американцы в целом приветствовали эту иммиграцию, пришедшуюся на Age of Manifest Destiny – эпоху доктрины Предначертание Судьбы, гласящей “нам предначертано судьбой распространить свое владычество на весь континент, который дарован нам Провидением для осуществления величайшего эксперимента по установлению свободы и федеративного самоуправления”.


“American Progress”, John Gast, 1872

Шло продвижение на Запад и существовала острая нужда в рабочих руках на фабриках и фермах, шахтах и железных дорогах. Было, конечно, и противодействие под привычными антииммиграционными лозунгами – иммигранты забирают “американские” рабочие места, не американизируются и, как в случае с ирландцами, являются католиками. Но все-таки “старые иммигранты” достаточно гладко и быстро ассимилировались.

Совершенно другая судьба ждала “новых” иммигрантов.

“Новая” иммиграция (1890 – 1920)

Ваше благородие, госпожа Чужбина,
Жарко обнимала ты, да только не любила .

Предвестники новой эмиграции появились еще в период старой иммиграции. Ими были ирландцы-католики, селившиеся на Восточном побережье и китайцы, прибывавшие на Западное (после начала калифорнийской Золотой Лихорадки).

Если англоязычные ирландцы-католики воспринимались как другие, то китайцы определенно были чужие. Звуки и иероглифы языка китайцев были необычными для американцев, также как и их верования. Диковинные одеяния и экзотические косички странно смотрелись в суровом быту золотоискателей.

По статусу китайские иммигранты находились где-то рядом с инфернальными индейцами и бесправными черными. Именно китайцев коснулся Chinese Exclusion Act (1882) – закон, принятый в стране иммигрантов, ограничивающий иммиграцию. Это был первый случай в американской истории, когда этнической группе было запрещено во въезде в США.

Между 1850 и 1880 годом в Америку иммигрировало более 200 тыс. китайцев. Но китайская иммиграция меркнет в сравнении с обрушившимся на Америку девятым валом иммигрантов из южной, центральной и восточной Европы. С 1890 по 1914 в Америку прибыло 15 млн. человек – и это при общей численности населения США в 100 млн. (1915 г.)

Во второй половине XIX века жизнь европейцев из нижних слоев общества была нелегка. Большинство из них продолжало борьбу за существование в надоевшем мире нищеты и болезней, безработицы и тирании, но какая-то часть пыталась найти лучшую жизнь где-то в другом месте.

Многие европейские правители, запуганные призраками коммунизма и демонами национализма, видели в массовой эмиграции средство для выпускания пара. Газеты и книги, буклеты и агенты поддерживали градус “американской лихорадки” у европейских обездоленных.

И они двинулись: итальянцы и греки – со Средиземноморья, венгры и западные славяне – с равнин центральной Европы, австрийцы и швейцарцы – из горных стран, белорусы и украинцы – из Российской империи, и, конечно же, евреи – со всех частей Европы.

Все они оставляли привычный мир ради новой земли обетованной. Америка же ко времени новой эмиграции сильно изменилась – свободной земли уже не осталось, индустриализация и урбанизация преобразили лицо нации. Иммигранты, в основном сельские жители, оказались в совершенно новом для них окружении.

Разрыв между ожиданиями и реальностью описал итальянский иммигрант в письме на родину (1890):

We were told that the streets of America were paved with gold. Upon arriving we found that the streets were not paved in gold, nor paved at all and we were expected to pave them
Нам было сказано, что улицы Америки выложены золотом. По прибытию же выяснилось, что улицы не были вымощены золотом, они не были вымощены вообще и предполагалось, что именно мы и будем мостить их.

Из новых иммигрантов быстрее всех адаптировались ирландцы-католики, хуже всего американизировались поляки, итальянцы в борьбе с культурным шоком опирались на семью и Большую Семью (мафию).

Неквалифицированные в своем большинстве, новые иммигранты могли работать только разнорабочими на фабриках, шахтах и стройках. Рабочие не имели никакого голоса, любой жалующийся мог быть уволен и занесен в черный список – профсоюзы находились в зачаточном состоянии. 14-ти часовой рабочий день был нормой для низкооплачиваемых работ. Не сушествовало больничных, отпусков, пенсий. Дети трудились наравне со взрослыми. Условия работы были невыносимыми по современным меркам – скудное освещение, недостаточные вентиляция и отопление, никакой техники безопасности.


Coal Breaker Boys (Мальчики – дробильщики угля), Пенсильвания, 1911

Иммигранты работали много и тяжело, надеясь на изменение жизни к лучшему – если не для себя, то хотя бы для своих детей.

Увы, борьбу за физическое выживание усугубляло резко негативное отношение американского общества к новым иммигрантам. Впервые европейские иммигранты встретились с обыкновенным расизмом.

В 1900-ые годы были модны воззрения, что новые иммигранты – евреи, итальянцы, славяне – физически и психически ниже северных европейцев. В 1916 году в книге Passing of the Great Race (Кончина великой расы) Мэдисон Грант утверждал, что иммиграция привела к расовому загрязнению Америки.

Первая мировая война замедлила иммиграцию, но события в России вызвали страхи, что иммигранты-радикалы могут занести бациллы революции в США.

Призывы обуздать иммиграцию становились все громче, движение за ограничение иммиграции ширилось – и в 1921 году конгресс принял Immigration Restriction Act.

Новейшая иммиграция

Иммиграция по “национальной квоте” (1920-1965)

. и всякого скота чистого возьми по семи, мужеского пола и женского, а из скота нечистого по два, мужеского пола и женского

Immigration Restriction Act ознаменовал поворотный пункт в американской иммиграционной политике. Закон добавил два новых измерения – количественные пределы на иммиграцию и систему квот для определения этих пределов.

Закон ограничил число иммигрантов, приезжающих из любой страны, до 3% от общего числа представителей этой страны, живущих в США в 1910 году.

Иммиграция действительно существенно уменьшилась, более того, в годы Великой Депрессии больше людей эмигрировало, чем иммигрировало.

К иммиграции же конца 30-х приложима формула “лучше меньше, да лучше”. В Америку теперь ехали не только сапожники-портные – в политическом климате тех лет иммигрантами становились даже всемирно известные люди. Достаточно упомянуть атомный проект Манхэттен, в успешном завершении которого важнейшая роль принадлежала “новым американцам” с фамилиями Эйнштейн (американское гражданство с 1940 г.), Ферми (гражданство с 1944 г.), Теллер (гражданство с 1941 г.)

В дальнейшем принимались другие законы и поправки к ним, но все они устанавливали квоты, основанные на национальном критерии. Этим убивалось сразу два зайца – численность иммиграции ограничивалась, а демографические пропорции “замораживались”. Законы обеспечивали доминирование иммиграции из Европы, а внутри нее – северных европейцев.

Так продолжалось до 1952 года , когда McCarran-Walter Act устранил национальную принадлежность как барьер к иммиграции. Но окончательно поставил точку над дискриминацией на основе национального происхождения закон 1965 года.

Иммиграция по категориям (после 1965). Нелегалы

Я 6 Америку закрыл,
слегка почистил,
а потом
опять открыл —
вторично

Закон под названием Immigration and Nationality Act of 1965 установил новые иммиграционные правила, по которым приоритет отдавался лицам, имевшим родственников в США, а также высококвалифицированным работникам.

Закон драматически изменил демографическую раскраску США – первый раз в американской истории большинство иммигрантов стало прибывать из Азии и Латинской Америки, а не с европейского континента.

Сегодняшняя квота, до 700 тыс. иммигрантов в год, распределена между следующими категориями:
480 тыс. – программа воссоединения семей
140 тыс. – рабочая иммиграция
50 тыс. – Green Card лотерея, способствующая этническому разнообразию американского общества

Кроме легальных иммигрантов, в страну проникают и нелегалы, которых, по самым пессимистичным прогнозам, не менее 10 млн. человек.


Кубинцы – нелегалы, 1980

Спустя сто лет Америка научилась цивилизованно управляться с легальными иммигрантами. Ей осталось определиться с нелегалами, ведь
Когда-то не было такой вещи, как нелегальная иммиграция в Америку. Если ты сумел добраться сюда, ты мог остаться здесь .

ИТАЛЬЯНСКАЯ ЭМИГРАЦИЯ.

В период с 1861 по 1976 год, с момента создания Италии, из страны эмигрировали около 30 миллионов человек, 9 из которых впоследствии вернулись.

Как и любые статистические данные, эти не обладают совершенной точностью: Италия начнет вести статистику по эмиграции только с 1876 года. Современные исследования показали, что не существует ни одной итальянской семьи, особенно на юге страны, которую не коснулась бы проблема эмиграции.

В первую очередь меня интересует итальянская эмиграция в Америку как предпосылка для возникновения итало-американской кухни, поэтому первостепенное внимание уделю именно США. Со своей стороны обещаю, что таких слишком отвлеченных и исторических постов больше не будет, даже про Первую мировую войну напишу легче и в более в кулинарном аспекте.

Читайте также:  Политическая роль иммигрантов

Феномен именно американской эмиграции, среди прочего, объясняется тем, что билет на пароход в Америку стоил менее, чем билет на поезд в страны северной Европы, а также тем, что Америка нуждалась в рабочей силе и предлагала рабочие места. Например, в 1900 году 47,20% эмигрантов уехали именно в США. На пике эмиграции, в 1913 году, приходилось 2.500 эмигрантов на 100.000 жителей Италии, т.е. примерно каждый 40 итальянец эмигрировал.
Общие сведения по направлениям эмиграции в таблице:

Например, эмиграция в Бразилию имела неудачный исход. После отмены рабства, в 1888 году, Бразилия очень нуждалась в рабочей силе. С белыми итальянцами-католиками обращались лучше, чем с бывшими рабами, но условия жизни там были настолько невыносимыми, что эмиграция в Бразилию была запрещена Декретом Принетти 1902 года. Несмотря на это, итальянский консул в Сан Паоло писал о том, что даже самые бедные итальянцы, жившие в глиняных хижинах, ели намного лучше, чем на Родине – кроме маиса, ели также фасоль, рис, картофель, свежие овощи и потребляли ошеломляющее количество мяса (свинина, говядина, курица) на семью в год – 570 килограммов.
У меня есть знакомый «итальянец», Даниеле (мама- латышка), потомок бразильских эмигрантов. Он уже совершеннолетним переехал из Бразилии в Рим – работает рекламным фотографом. Скучает, холодно ему в Риме, очень хочет вернуться обратно.

Несколько слов о женской эмиграции. Существовало такое явление, как “spose per procura”, что в наших реалиях проще всего назвать «невеста по переписке». Итальянцы уезжали в том числе в Колумбию, как ее тогда назвали «английская Канада», это было время, когда существовали индейские поселения и медведи бродили сами по себе. Пароход, груженый невестами, прибывал в место назначения – итальянцы хотели жениться именно на итальянках, а невесты видели суженых, если видели, дай бог, только на фото. Женщины уезжали в надежде на лучшую жизнь.

По официальной статистике, за десятилетие 1901-10 Италию покинуло 6 миллионов человек (встречала и большие цифры). Для того, чтобы Вы могли представить масштабы явления – население Италии в 1900 году составляло 33 миллиона 570 тысяч человек, из них примерно половина трудоспособного населения.

Основным лозунгом эмиграции было «Mi emigro per mangier» – «эмигрирую, чтобы есть». По наблюдению одного из социологов, в то время у итальянцев был выбор «о brigante o emigrante» – разбойник или эмигрант.
Более 70% уехавших – крестьяне и сельскохозяйственные рабочие. Для сравнения – художники и скульпторы – 0,11%, рабочие – почти 10%, каменщики и каменотесы – 9,3%. И по нашему профилю – владельцы гостиниц и занятые в пищевом производстве – 1,04%. Последняя цифра важна – распространение итальянской кухни в США пошло не от профессионалов.
Из тех, кто уезжали, 90% были неграмотны. Заработок среднего крестьянина или рабочего был крайне невысок – в 1880 году около 80% тратилось на скудную еду, в начале 20 века – около 70%, и только в 1953 году расходы на еду составят примерно 20-25% заработка.

Чтобы Вы не утомились читать текст, перегруженный фактами, можете посмотреть ролик. Он проиллюстрирован фотографиями того времени: люди, корабли, совершавшие трансатлантические переходы, реклама круизных кораблей, билеты, паспорта эмигрантов. Примерно с 2:15 звучит одна из самых известных эмигрантских песен «Мама, дай мне сто лир, хочу уехать в Америку… – Сто лир я тебе дам, но в Америку – нет, нет и нет!»

Италия как государство, конечно же, пыталась бороться с эмиграцией, влекущей потерю рабочей силы. В 1868 году выпущен циркуляр, предписывающий, что эмиграция возможна при условии подписанного трудового договора и наличии средств к существованию. Циркуляр Ланца 1873 года ограничивает выдачу паспортов и обязывает будущих эмигрантов представить доказательства покрытия расходов в случае их репатриации. В 1888 году был принят закон De Zerbi, запрещающий эмиграцию замужних женщин без супруга и мужчин, не прошедших воинскую службу. Впоследствии Муссолини также примет меры, направленные на борьбу с эмиграцией.

Один из мифов, касающихся итальянской эмиграции, это утверждение о том, что в основном эмигрировали итальянцы из южных провинций. Это неправда, вернее, неполная правда! Начало эмиграции как раз положили жители северных провинций, спасаясь от долгов и потери работы в результате надвигающейся индустриализации. В период между 1876 и 1900 годами основной поток эмигрантов как раз составляли жители северных регионов: Венето – 17,9%, Фриули – 16,1%, Пьемонт – 12,5%. Далее картина изменится. Последними уезжали жители Сицилии и Апулии, по одной из версий, этому факту есть очень любопытное и неожиданное объяснение. Когда во Франции с 1863 по 1895 г.г. филлоксерой было уничтожено 1,5 миллиона гектаров виноградников, практически более 90% всех имеющихся на тот момент виноградников страны, южные итальянцы вместо пшеницы стали сажать виноград, что как-то помогало им выживать.
Ссылка на статистические данные, табличку с цифрами можно понять, не зная языка: http://www.emigrati.it/Emigrazione/Esodo.asp

Одно из первых художественных свидетельств об итальянской эмиграции оставил писатель Эдмондо де Амичис (Edmondo De Amicis), который в 1884 году вместе с 1600 пассажирами проплыл на пароме из Генуи в Уругвай. По мотивам этого путешествия, занявшего 3 недели, в 1889 году была опубликована книга «Sull’oceanо» (я бы перевела как «Через океан»). Книга имела такой успех, что с момента ее выхода, была перепечатана 10 раз в течение двух недель.
Кто эмигрировал в Уругвай? «Эти крестьяне из Мантуи, которые в холодные месяца, переходили на другой берег реки По собирать черные клубни, вскипятив их в воде, не поддерживали себя, но умудрялись не умереть от голода зимой… и эти сборщики риса из нижней Ломбардии, которые за одну лиру в день трудятся в поту часами, чтобы купить поленту, заплесневелый хлеб и прогорклое сало»…
Де Амичис также описывает подарки, которые люди везли в Америку: «Кто бутылку особого вина, кто качокавалло, кто салями или килограмм пасты из Генуи или Неаполя, литр масла, коробочку сушеного инжира, даже фартук, набитый фасолью, но из собственного дома, из того уголка огорода, который родственник или друг наверняка должен был бы вспомнить»…
Внучка итальянцев, эмигрировавших в Аргентину, вспоминала, как бабушка, с глазами полными слез, рассказывала ей, девочке, о прекрасной покинутой Италии. И вынимала из ящика комода пакетик, который нежно гладила. Там был кусок хлеба, который дала ей мама, чтобы она его съела во время путешествия в Америку. Бабушка сохранила его на всю жизнь, поскольку свою мать ей больше увидеть было не суждено.

***
Первоначально основным портом, откуда отходили корабли в Америку, была Генуя. Путешествие длилось примерно 14 дней.

Отплытие корабля из порта Генуи в Америку, открытка того времени:

В таких условиях люди плыли, типичная картинка:

А вот так эмиграция освещалась в газетах:

Подпись под фотографией. Сообщение в газете Domenica del corriere 2 июня 1901 года: «Эмигрант ложится на лежак одетый и в носках, там же узлы и чемоданы…здесь же дети писают и какают, но, в первую очередь их тошнит. Через несколько дней каждое спальное место превращается в собачью конуру».

Не всем удавалось достичь места назначения. 9 августа 1906 года паром «Сирио», отплыв из Генуи в Америку с 2000 эмигрантами на борту, решил сократить маршрут, пройдя слишком близко к испанским берегам, но напоролся на риф и полностью ушел под воду в течение 15 дней. По данным страховых компаний погибло около 300 человек, по сообщениям газет – 700.

Песню, посвященную этой трагедии, также пел известный певец Франческо де Грегори. Я привела более колоритный и богато иллюстрированный вариант.

Того же, кому посчастливилось доплыть до Америки, ждала высадка на Эллис Айленд. Практически без багажа, с узлами и картонными чемоданами.

По прибытии пассажиры первого и второго класса досматривались в своих каютах. Высадка и сортировка эмигрантов третьего класса проходила с 1894 года на Ellis Island, который расположен практически напротив Манхэттена. Остров эмигранты быстро окрестили островом слез. «Распределитель» существовал там до 1954 года, с 1990 года это музей эмиграции.
Американский закон от 20 февраля 1907 N 96 года запрещал въезд на территорию страны, среди прочего, слепым, хромым, глухонемым, горбатым, слабоумным, беременным незамужним женщинам, анархистам, лицам старше 40 лет которые при высадке не смогут предъявить сумму не менее 250 итальянских лир и не докажут, что следуют к близким родственникам, которые обязаны содержать их либо предоставить работу. Пункт 7 Закона запрещает въезд «бедным» (!).
Прибывшие эмигранты вначале подвергались унизительному досмотру, сначала медицинскому, потом проходили собеседование, часто не знаю по-английски ни слова. Помимо этого, был еще один экзамен: проверялась национальность и политические взгляды. При этом, если эмигрант был неграмотным ему еще в Италии выдавался особый паспорт красного цвета – Passaporto rosso, что влекло дополнительные унижения. Хотя среди эмигрантов было примерно 90% неграмотных.
При проверке каждому выдавалась Inspection Card с номером. Вся процедура занимала, как правило, целый день После проверок предусматривался карантин.
Не прошедшие медицинский осмотр помечались белым крестом на спине. Капитаны судов были обязаны доставить тех, кого Америка не приняла, обратно, в порт отплытия. По статистике, таких вернувшихся людей только 2%. Большинство «отбракованных» бросалась в воду с Ellis Island, с целью самоубийства или в надежде добраться до Манхеттена вплавь.
Вид на Эллис Айлэнд:

Эмиграция в США существенно уменьшится в период Первой Мировой войны, не в последнюю очередь по причине демобилизации, а также инфляции, обнищания населения и практической невозможности купить билет. Потребность США в рабочей силе уменьшалась и американские декреты об эмиграции 1921 и 1924 года фактически положат конец политике «открытых дверей». Quota Act от 19 мая 1921 года ввел ограничения на въезд в страну иностранцев в пределах 3% от людей соответствующей национальности, проживающих в США. National Origins Act 1924 года снизил это количество до 2% жителей США соответствующих национальностей по состоянию на 1890 год. При принятии первой квоты въезд в США был разрешен 42.000 итальянцам, при принятии второй – только 5.645.
Основными направлениями эмиграции для итальянцев станут Аргентина, Канада и Австралия. Многие их эмигрантов в период фашизма будут арестованы, оказавшись заложниками политики Муссолини. В период Второй Мировой войны Эллис Айленд станет фактически местом заключения японских, немецких и итальянских граждан., каковым и останется до своего закрытия.
Один из самых трагических эпизодов итальянской эмиграции после второй мировой войны, пожалуй, касается Бельгии. Было подписано межгосударственное соглашение, по которому в 1954 году в Бельгию уехали трудиться более 5000 рабочих, в первую очередь из северных регионов Италии. Бельгия за это расплачивалась с Италией углем. Люди жили в бывших фашистских ангарах, по 10-12 человек на комнату, как говорится, с удобствами на этаже. Работали по 12-15 часов в день при температуре 45 градусов. Ситуация долго замалчивалась, пока 8 августа 1954 года в результате пожара не взорвалась шахта – в Mercinelle погибло 262 рабочих, 132 из которых были итальянцами.

И даже этому итальянцы умудрились посвятить песню. Вот она в прекрасном исполнении Клаудио Вилла.

Впоследствии, после 50-х, эмиграция стала все больше носить временный характер, итальянцы предпочитали европейские страны – Германию, Швейцарию, Францию.
Официальным годом окончания эмиграции в Италии считается 1976. После этой даты страна, наоборот, сталкивается не с проблемой эмиграции, а иммиграции. В 90-2000х в Италии происходит всем известный brain drain: в период 1997 -2007 уехало более 600.000 образованных молодых людей.

***
Как жили итальянцы в эмиграции?

Spaghettifresser (примерно «жрущие спагетти»), babis (жабы), dago/дейго (в США), chianti (слово понятно всем, здесь – пьяницы), bat (летучие мыши), bolanderschlugger (глотающие поленту»), rital, macaron, WAP («без документов, типа наш БОМЖ) – это те немногие прозвища, которыми итальянцев «награждали» за рубежом.

В некоторых общественных заведениях вешали объявления «Вход итальянцам строго запрещен». Вот, например, фото, сделанное 1958 (. ) году в немецком городе Saarbruchen. Картинку скопировать не смогла, поэтому ссылка, надпись на двух языках : http://foto.libero.it/Mario1664/foto/tuttelefoto/eintritt-fr-Italiener-verbot Это грустное проявление национализма. В одном из блогов молодой итальянский парень прокомментировал его примерно так: «Нас немцы не пускали, потому что мы мало пьем!»))

Одна из непредумышленных ошибок, которые совершали итальянцы, переезжая жить в США, – нарушение правила расовой сегрегации. Не зная правил новой родины, они селились рядом с черными кварталами, там, где было дешевле.

В 1891 году в Новом Орлеане 12 итальянцев были линчеваны. Разъяренная толпа напала на тюрьму, где они находились, и совершила самосуд. В течение последующих 50 лет еще 28 итальянцев были подвергнуты суду Линча. В 1927 году на электрическом стуле были казнены Сакко и Ванцетти, которых даже самый незаинтересованный читатель знает по одноименным карандашам. Впоследствии их виновность подверглась очень серьезным сомнениям, особенно Ванцетти.

В то время в американской иммиграционной политике господствовала теория «социального дарвинизма» – если выходцы из Северной Италии относились к белым, кельтской расы, то выходцам с Юга приходилось намного тяжелее. Например, в переписи 1911 года сицилийцы отражены как «не белые», средиземноморской расы.

В Америке итальянцы предпочитали селиться «кучно» – так возникают Little Italy и Garlem Italianо в Нью-Йорке, который в 30-х годах насчитывает примерно 100.000 жителей. Поселения образовываются по типу «городская деревня» – несмотря на мегаполис, итальянцы сохраняют сельский уклад жизни.

Работают все. Например, в 1895 году ежедневная зарплата белого рабочего составляла 1,30$, черного – 1,25$, итальянца – 1,15$. Средний годовой заработок рабочего составлял около 300 долларов, чтобы скромно содержать семью требовалось примерно 800$. Дети помогают родителям, либо разносят газеты, чистят обувь, продают овощи и фрукты. С 14-ти лет дети работают вне дома. Женщины в основном заняты в текстильной промышленности, или, выражаясь гламурно, в индустрии моды. Мужчины заняты на тяжелых работах. Практически весь метрополитен Нью-Йорка построен усилиями итальянских рабочих.
Банки не дают кредиты, если заемщик не может представить 10.000 долларов наличными. Возникают кассы взаимопомощи, когда сосед занимает у соседа. Итальянцам запрещено заходить в американские католические церкви. В школах детям запрещено говорить по-итальянски, даже между собой на переменах, они обязаны американизироваться.

Как горек этот хлеб – поет Марио Мерола, один из самых неаполитанских певцов, мастер мелодрамы, в песне “Неаполитанские слезы”. Субтитры на английском. И опять песня демонстрирует иесную связь итальянского менталитета с домом и традициями – “поставь тарелку для меня на стол”.

Один итальянский энолог, эмигрировавший в Аргентину в 1907 году писал: «Мое первое самое большое впечатление в Аргентине, которое я получил – это количество мяса, которое есть этот народ… Мясо насколько дешево, что стоит менее, чем свежие овощи… Аргентина – единственная страна, где, сварив бульон, мясо выбрасывают».

Итальянские эмигранты достигли своей мечты – есть в достатке и в немалой степени способствовали распространению и популяризации итальянской кухни в США и других странах. Популярность итальянской кухни, конечно же, объясняется не только качеством ингредиентов, сбалансированностью и вкусом, но еще и экономией. Исследование, проведенное в США в 1907 году показало, что работодатель, предоставляя итальянскому рабочему жилье и питание, тратил 6,90$ в месяц, рабочему из других стран – 18$.

Крупнейшее линчевание итальянцев в США – толпа против мафии или мафия в толпе.

Всё началось с начальника полиции Нового Орлеана. Государственный служащий Дэвид Хеннеси начал свою карьеру в полиции ещё в должности курьера. Будучи ещё подростком голыми руками, поймал, избил и привел в полицию двух взрослых воров. В 20 лет стал детективов, а в 1888 году был назначен шефом полиции всего города и принялся искоренять коррупцию, бороться с мафией и улучшать нравственный облик Нового Орлеана. Именно он обложил налогами основной бизнес мафии, связанный с публичными и игорными домами. Дэвид был образцом полиции нового времени.

Читайте также:  Сопротивление американского общества вьетнамской войне

В то суровое время в городе многим заправляла мафия. Семья Матранги из братьев Чарльза и Антонио были одной из первых мафиозных семей и представителями организованной преступности в США вообще. Уроженцы Сицилии Карло Матранга и Антонио Матранга в начале 1870х открыли в городе несколько питейных заведений, бордель. Стали заниматься рэкетом рабочих, торговлей должностями, брать процент за оборот в порту. Главными конкурентами, а куда же без них, у семьи Матранги была семья Провензано, так же уроженцы солнечной Сицилии.

Чтобы понимать масштаб исторической вовлеченности нужно отметить, что банда Чарльза Матранги, названная за глаза – “Черная рука”, под руководством нового лидера – “Серебряный Доллар” Сэм Карола – легла в основу всей Cosa Nostra в США вообще, заложив многие семейные традиция, правила игры и основы ведения бизнеса.

Но вернёмся в 1880е, Cosa Nostra ещё не существовала, зато были бандиты, обиравшие простых работяг, развращающие город и устраивавшие казни и перестрелки.

Новый шеф полиции был крепким парнем, и мафия его не пугала. В октябре 1890 года, большая часть главарей Провензано была за решёткой, а обвинительные акты против Матранга уже готовились. Возвращаясь домой 15.10.1890г. мр.Хенесси был подвергнут покушению. Не менее пяти членов банды открыли по нему огонь. Шеф полиции не растерялся, стал стрелять в ответ, обратил в бегство нападавших, нескольких ранил, после чего они побросали оружие (пистолеты, пара дробовиков и карабин) и разбежались.

Потеряв сознание, преследуя преступников, Дэвид очнулся в больнице, чтобы сказать своему другу капитану Уильяму О’Коннору: «Это сделали итальяшки.» и умереть. Шеф полиции был горячо любим своим городом и давление по раскрытию этого преступления легло на плечи государственных служащих колоссальное. Сотни итало-американцев из итальянской коммуны были арестованы и допрошены. В мафию и тюрьмы были внедрены детективы под прикрытием. Операция по раскрытию этого преступления заняла почти полгода. И в качестве итога на скамье подсудимых оказались 19 человек.

И здесь начинается самое интересное. Кого обвиняют и почему? Чарльз Матранга – босс, обвинялся в заговоре с целью убийства, согласно показаниям одного из заключенных, который рассказал агенту под прикрытием что слышал, как члены семьи Матранга говорили об убийства шефа полиции. Несколько его друзей и служащих. Пьетро Монастерио – сапожник, который жил через улицу от того места, где ранили Хеннесси. Антонио Марчезе, друг Пьетро, который иногда заходил в его лавку. Эммануэль Полицци – был задержан недалеко от места преступления той же ночью.

До судебного разбирательства дошло только 9 человек. Большинство доказательств были как минимум противоречивыми. Свидетели не видели лиц. Убийство произошло глубокой ночью, в дождливую погоду, улица была без освещения. Адвокаты подозреваемых неоднократно пытались подкупить присяжных. В ходе суда босс Матранга и его друг Бастиан Инкардона были признаны невиновными сразу и единогласно. Ещё 4ро обвиняемых были признаны невиновными из-за недостатка или улик, не подлежащих приобщению. А ещё троих жюри присяжных попросило направить на новое рассмотрение, на основании того, что они не смогли достичь единогласного решения по их вопросу.

После такого решения присяжные подверглись широкому общественному осуждению. Им присылали письма с угрозами, многие потеряли работу. В последствие они оправдывались перед журналистами что имели «разумные сомнения» и потому не могли однозначно голосовать за вынесение обвинительного приговора. Здание суда они покидали с чёрного выхода.

Подозреваемых не освободили в зале суда, как это могло бы произойти сейчас. 6 из них всё ещё подлежали штрафу за бездействие при совершении преступления, так как знали, что оно будет совершено. А трое ожидали назначения на повторное рассмотрение, таким образом все 9 снова вернулись в здание тюрьмы.

Ночь встретил Орлеан призывами к действию, газета The Daily States напечатало одно из них:

«Восстаньте люди Нового Орлеана! Чужаки пролили мученическую кровь на превозносимую вами цивилизацию! Ваши законы попрали в самом Храме правосудия, подкупив людей, присягавших вам. Ночные убийцы расправились с Дэвидом К. Хеннеси, с чьей преждевременной смертью умерло величие американского закона и было погребено вместе с ним. С ним, который при жизни был хранителем вашего мира и достоинства.»

Что случилось на утро войдет в историю как крупнейший самосуд, в котором линчевали не негров.

Сделаем маленькое отступление. Между 1884 и 1924 годами в Новый Орлеан переехало почти 300 000 итальянских иммигрантов, многие из которых были из Сицилии. Целый квартал сменил своё официальное название с Французского на неофициальный – «Маленькое Палермо». Это были трудолюбивые и набожные люди. Но жители Нового Орлеана отнеслись к незнакомым традициям и языку с большим подозрением. Масла в огонь подливало Бюро иммиграции США. При въезде в страну нужно было заполнять документы, и указывать свою расу, так вот согласно мнению Бюро – южные и северные итальянцы составляли две разные расы.

К примеру, историк Манфред Берг в своих трудах пишет что «Сицилийцев воспринимали как культурно отсталых», из-за их темной кожи, и зачастую бедности как новоприбывших к ним относились с «расовой подозрительностью», добавляя в этот коктейль связи с преступностью – мы получаем аналог сегрегации и почву для ненависти.

В частности, на протяжении всего суда, газеты даже до рассмотрения дела по существу называли 9ых итальянцев виновными и требовали для них смерти. На сегодняшний день нет каких-либо доказательств что человек занимавшийся «крышеванием» соотечественников, зачастую банально защищая их от местных и зачастую слишком агрессивных американцев, однако последовавшие события несомненно вывели ответную жестокость итальянской преступности на новый уровень. Так же не ясно каким образом могли быть вовлечены обычные дом работники, друзья и лавочники знакомые друг с другом и имевшие имущество недалеко от места убийства или проживавшие рядом. Никто даже не пытался рассматривать версии о том, что кто «нанял» случайных мигрантов или вообще случайных американцев, чтобы потом свалить всё на самое очевидное. Но случилось то, что случилось.

Итак, утром,14 марта 1891 перед центральным зданием тюрьмы Нового Орлеана собралась многотысячная толпа. Итальянский консул, видя происходящее немедленно обратился к губернатору Луизины Фрэнсису Николсу за помощью. Губернатор отказался помогать, сославшись на необходимость запроса от мэра.

С криками – «Нам нужны Даго!» (это обзывательное прозвище всех испанцев и итальянцев, от испанского Diego, как если бы американцы кричали про русских – «Нам нужны эти Иваны!»), толпа начала выламывать ворота и двери тюрьмы. Надзиратель Лемуил Дэвис отпустил 19 итальянских заключенных из своих камер и сказал им прятаться. Логичным является вопрос – откуда толпа знала куда нужно вламываться и где искать заключенных итальянцев.

Процессом убийства весьма хладнокровно руководили весьма успешные люди и текущие руководители города: адвокат Уолтер Денегра, политик и бизнесмен Джеймс Д.Хьюстон, редактор местной газеты Джон К. Виклифф, будущий губернатор Луизианы Джон М. Паркер, будущий мэр Нового Орлеана Уолтер К. Флоу, руководитель «фракции Бурбонов» и местный политик Уильям Паркенсон.

Психически больного инвалида Полицци толпа повесила на фонарном столбе и расстреляла. Антонио Багнето – торговца фруктами, повесили на дереве и расстреляли. Девять других были застрелены или забиты до смерти в тюрьме. Убили Чарльза Трейна – работал на рисовой плантации, Антонио Сэффсиди – торговал фруктами, Фрэнка Ромеро – политик, Пьетро Монастерио – сапожник, Антонио Марчези – торговал фруктами, Лоретто Комилитти – жестянщик, Джеймс Карузо – стивидор, Джозев П. Мачека – импортер фруктов. Восемь других итальянцев смогли спастись, среди них был и Чарльз Мантранга.

Некоторые тела толпа буквально разорвала на сувениры, с которым демонстративно бегали по городу. Повешенных не снимали несколько дней. На следующее утро на первой полосе «Нью-Йорк Таймс» вышло сообщение «Итальянские убийцы наказаны!». Никому не были предъявлены обвинения из-за того, что ответственность была признана коллективной, и действовало очень большое число людей.

Более того, слухи о том, что Италия может ответить морской блокадой, вызвали национальный патриотический подъем, множество американцев стало записываться в армию, а пресса объявила о величайшем духовном единении Севера и Юга со времен гражданской войны. Дело замяли выплатой компенсации в пользу Италии в 25 000 долларов. А сегодня в Новом Орлеане с гордостью проводят дни итальянского наследия города.

Italiano ConTesti

Итальянский язык и культура – тексты, образы и контексты

“Горькая земля моя”: краткая история итальянской эмиграции

Эмиграция – это важная часть итальянской истории. С момента возникновения единого итальянского государства в 1870 г. до конца 1980-х гг. из страны уехало около 27 млн человек – примерно столько же, сколько было жителей страны на момент ее объединения. Число въезжающих в Италию впервые превысило число выезжающих лишь в 1986 году. И, поскольку в последние годы много говорится о иммигрантах в южной Европе, мы решили вспомнить о том, какую роль феномен миграции играл в жизни итальянцев на протяжении последних 150 лет, и как они воспевали ту «горькую землю», которую покидали.

Обычно выделяют два главных периода в истории итальянской эмиграции. Первый длился с конца 19 в. до начала II Мировой войны. Целью большинства уезжающих была Америка, как северная, так и южная. Второй период – период послевоенной (приблизительно 1950 – 1980 годы) миграции с юга страны на север. Это время называют «экономическим чудом» в истории Италии, поскольку, при активной финансовой поддержке США, Италии удалось быстро оправиться от состояния послевоенной разрухи. В «промышленном треугольнике» (il triangolo industriale: Милан – Турин – Генуя) на севере страны открылись новые заводы, и южане приезжали сюда в поисках работы. Некоторые двигались дальше, в соседние европейские страны: Германию, Австрию, Швейцарию, Францию и Бельгию.

В этой и двух следующих публикациях данного цикла мы расскажем чуть подробнее об истории итальянской эмиграции в Америку и о том, как «американская тема» отразилась в итальянской массовой культуре: в песнях и фильмах.

«Великая эмиграция» (la grande emigrazione) начинается в 1870-е годы: сразу же после окончательного объединения Италии (1870 г. – присоединение Рима к Итальянскому королевству) в стране начинается аграрный кризис. Соответственно, итальянцы этого времени едут в страны, где есть большие участки необработанной земли: в основном, в США, Бразилию и Аргентину. Так, одна из самых известных песен об эмиграции конца XIX в. – Merica, Merica – написана переселенцами из Венето в Бразилию (мы рассказываем о ней подробнее в одной из следующих публикаций этого цикла).

Существовала как сезонная (на несколько месяцев, ради сельскохозяйственного сезона в южном полушарии), так и окончательная миграция. Уезжали, в основном, молодые мужчины, особенно поначалу: остальным особенно трудно было бы перенести долгий (30-40 дней) и тяжелый путь на корабле. Да и по прибытии легче не становилось. Рекламные агенты и предприниматели, зарабатывавшие на перевозках мигрантов, рисовали радужные картины чудесного нового мира. Однако, особенно в США, работы на всех не хватало, а условия жизни были тяжелыми.

Чтобы лучше понять тяготы переезда и особенности жизни эмигрантов в США на рубеже 19-20 веков, мы советуем посмотреть фильм Эмануэле Криалезе 2006 г., под названием Nuovomondo c (букв., «Новый мир», англ. название – “The Golden Door”) с Шарлоттой Генсбур в главной роли. Действие в фильме начинается на Сицилии, а заканчивается на острове Эллис, самом крупном пункте приема иммигрантов в бухте Нью-Йорка, который действовал с 1892 по 1954 годы. В этом фильме рассказывается, каким медицинским и психологическим проверкам подвергались новоприбывшие, какие препятствия чинились незамужним девушкам, а также кого и за что могли депортировать обратно. Трейлер фильма:

Те итальянцы, которым повезло быть принятыми, селились компактно, образовывая этнические кварталы, так называемые «Маленькие Италии» (Little Italy). Эти кварталы имели плохую репутацию (malavita – так называли городскую бедноту, криминалитет). Как правило, они располагались в бедных частях города, неподалеку от негритянских гетто, да и к самим итальянцам отношение было как к чему-то среднему между белыми и черными, тем более, что те виды работ, на которые их нанимали, до этого выполнялись преимущественно афроамериканцами.

В первой половине 20 в. многие из американских итальянцев уже успели успешно встроиться в местную экономику, однако с выступлением Италии во Второй Мировой войне на стороне фашистов в разных странах прошла серия антиитальянских погромов. От греха подальше многие владельцы магазинов и ресторанов сменили названия своих заведений на не столь очевидно этнические, а кто-то сменил и фамилию. Необходимость воевать на стороне союзников, а значит, против своей родины, также не доставляла радости итальянским эмигрантам.

В послевоенное время еще одну своеобразную волну эмиграции сформировали итальянские солдаты, которые оказались в плену в разных странах, и впоследствии так и не вернулись домой (об итальянцах на российском фронте см., например, фильм Витторио Де Сика «Подсолнухи» – I girasoli – с Софи Лорен и Марчелло Мастроянни). С другой стороны, американские солдаты, освобождавшие Италию, увезли с собой на родину большое количество невест, которых так и называли – spose di guerra («военные невесты»). Да и детей, родившихся в Италии от американских солдат, тоже было немало (этой теме посвящена неаполитанская песня Tammuriata nera).

Влияние на Италию американской массовой культуры в послевоенное время было очень сильным. Собственно поток эмигрантов, уезжавших туда, во многом иссяк и сменился перемещениями внутри Европы или даже внутри страны. Однако «американская мечта» преследовала не только тех, кто в итоге уезжал из страны: так, например, стремление провинциальных итальянцев копировать американский стиль жизни высмеивает Ренато Карозоне в песне Tu vuo` fa americano (см. текст и подстрочник ниже):

Поэтому неудивительно, что путешествие в Америку – это одна из первых ассоциаций, которые возникают и тогда, когда Италия сталкивается с крупными волнами миграции уже в качестве принимающей страны. Завершая этот рассказ, мы предлагаем вам посмотреть отрывок из фильма о том, как первые корабли с албанскими мигрантами прибывали в порты Бари и Бриндизи в 1990-х годах, сразу после падения в Албании коммунистического режима. Это фильм итальянского режиссера Джанни Амелио, снятый в 1994 г., и называется он «Ламерика» (Lamerica). В этом фрагменте главный герой разговаривает с полусумасшедшим итальянским стариком, который много лет жил в Албании и теперь едет на родину, но думает при этом, что он эмигрирует в Америку: скученность толпы на корабле вызывает у него ассоциации с итальянской эмиграцией времен его молодости.

Renato Carosone Tu vuò fa l’ americano

Tu vuò fa l’ americano
mmericano! mmericano!
ma si nato in Italy!
siente a mme
non ce sta’ niente a ffa
o kay, napolitan!
Tu vuò fa l’ american!
Tu vuò fa l’ american!

Comme te po’ capì chi te vò bene
si tu le parle ‘mmiezzo americano?
Quando se fa l’ammore sotto ‘a luna
come te vene ‘capa ‘e dì:”i love you!?”

Русский подстрочник

Ты хочешь выглядеть американцем!
Американцем! Американцем!
Но ты родился в Италии!
Послушай-ка меня,
ничего такого не надо делать,
Окей, неаполитанец!
Ты хочешь выглядеть американцем!
Ты хочешь выглядеть американцем!

Как тебя сможет понять тот, кто тебя любит,
Если ты говоришь наполовину по-американски?
Когда ты с возлюбленной под луною,
Как тебе может прийти в голову сказать: “I love you”?

Следующие материалы цикла об итальянской эмиграции и ее песнях:

Ссылка на основную публикацию