Причины европейской эмиграции

Причины миграционного потока в Европу

Аннотация. В статье рассматриваются причины возникновения европейского миграционного кризиса, среди которых основными являются сирийский конфликт и курдский вопрос. Выделяются основные проблемы, с которыми столкнулись государства Европейского Союза. Характеризуются возможные последствия сегодняшнего кризиса. Рассматриваются перспективы его разрешения в долгосрочной перспективе.

В Европе увеличился поток мигрантов и беженцев с Ближнего Востока и из Африки в 2015 году. Еврокомиссия уже признала данный миграционный кризис крупнейшим со времен Второй мировой войны. Объем подобного кризиса вызвало двойственную реакцию в нашем мире. Одни восприняли миграционный кризис, как начало конца европейской цивилизации. Другие, нынешнюю ситуацию посчитали символом провала политики «управляемой миграции». Мнения многих специалистов складывается к тому, что миграционный кризис несет с собой кумулятивный эффект взаимодействия целого ряда факторов, к примеру: углубление социального неравенства во многих странах; мировой и экономический кризис; последствия военных конфликтов и гражданских войн и т.д.

Стоит отметить то, что основная часть мигрантов изначально нацелена на наиболее развитые страны Западной Европы. Это говорит о том, что они достаточно информированы относительно условии жизни и качества в той или иной стране ЕС. Нынешние мигранты не бегут от опасности, а действуют, исходя из информации не только СМИ, но и формальных и неформальных информационных сетей, таких как Интернет и мобильная связь [1].

Выясним причины миграционного кризиса.

Первой причиной притокам мигрантов в Европу является война в Сирии. Начавшиеся на волне арабской весны антиправительственные выступлениявмарте2011г.привеликмассовымбеспорядкамвразличных городах Сирии, а уже к лету того же года переросли в полномасштабный вооруженный конфликт. Многочисленные дипломатические попытки завершить кризис так и не увенчались успехом. Количество жертв военного конфликта превышает 330 тыс. человек (по данным Syrian Observatory for Human Rights на август 2015 г.). Можно сказать, что в этом кроется основная причина массового бегства людей. Как раз таки сирийцы и составляют половину беспрецедентного миграционного всплеска 2015 г., который в два раза больше в сравнении с 2014 г. Иными словами, без сирийцев приток людей, ищущих убежище в Европе, будет примерно на уровне 2014 г. [2].

Первое время беженцы из Сирии направлялись в соседние страны: в Иорданию и в Турцию. Вот только их стало очень много, и Турция уже не способна была принимать такое количество бежавших от гражданской войны. Кроме сирийцев к миграционному потоку в Европу присоединяются беженцы из Афганистана, Северной Африки, в частности из Ливии, где тоже продолжается гражданская война, и даже из стран, расположенных южнее Сахары. Положение дел обострило еще и относительно недавнее появление террористической организации «Исламское государство».

По поводу второй причины, резкий рост количества сирийских беженцев, приезжающих в Европу в этом году спровоцирован в основном тремя факторами – двумя продолжающимися тенденциями и одним недавним детонатором. Первый фактор – это потеря веры сирийского народа в возможность политического урегулирования конфликта. Второй фактор заключается в истощении ресурсов тех, кто уже покинул свое место жительства и несколько лет живет в изгнании. Третьим фактором, является сокращение гуманитарной помощи в регионе. В частности, сокращение на 30 % деятельности Всемирной продовольственной программы из-за недостатка финансирования. Можно добавить, что приток мигрантов в Италию также спровоцирован многими причинами, в числе которых: африканские конфликты; хаос в Ливии; несбалансированность экономических и демографических трендов для Африки и Европы». Эксперты подсчитали, что в 2015 г. на оказание помощи беженцам и принимающим их странам региона потребуется 5,5 млрд долл. По состоянию на конец июня было получено от доноров лишь 24 % необходимой суммы. Факты таковы, что более 4 млн. сирийцев уже бежали в соседние страны, на Турцию, вышедшую на первое место в мире по числу беженцев на ее территории, приходится 45 % бежавших из Сирии, т.е. более 1,8 млн. человек. В июне туда прибыли еще 24 тыс. сирийцев. Более 1,17 млн. граждан Сирии находятся в Ливане, около 630 тыс. – в Иордании, 250 тыс. – в Ираке, 132 тыс. – в Египте, 24 тыс. – в других странах Северной Африки. Помимо этого, свыше 270 тыс. сирийцев подали просьбы о предоставлении убежища в странах Европы [3].

Третьей и немаловажной причиной современного миграционного кризиса является достаточно свободный и простой способ попасть в европейские страны. До недавнего времени морская перевозка из Ливии в Италию была наиболее легким путем для всех мигрантов и беженцев, направляющихся в Европу. За первые шесть месяцев 2015 г. в Европу по Средиземному морю прибыли 137 тыс. мигрантов и беженцев – на 83 % больше, чем за аналогичный период прошлого года, когда это число составило 75 тыс. человек. Число утонувших и пропавших без вести в результате кораблекрушений в Средиземном море мигрантов и беженцев достигло пика в апреле 2015 г. – 1308 человек.

Однако сейчас все больше мигрантов устремляются в Грецию. Поскольку эта страна имеет «ограниченную инфраструктуру, располагая менее чем 2 тыс. мест для приема», многие беженцы и мигранты «продолжают дальше путешествие через Македонию, Сербию и Венгрию». Ежедневно в Македонию из Греции прибывали, по данным на конец июня 2015 г., в среднем по 1 тыс. человек. В течение летних месяцев, когда морские перевозки являются наиболее безопасными, наблюдался пик потока беженцев. Многие из них старались закончить свое путешествие до установления плохих погодных условий. По данным Международной организации по миграции, количество беженцев, прибывших в Европу с начала 2016 г., составило 67 тыс. 193 человека. Из них свыше 62 тыс. человек прибыло в Грецию. По дороге в Европу погибло 368 человек. Существует морской путь из Турции в Грецию, который, по сравнению с остальными, более короткий и менее опасный, т.к. Турция находится рядом с Сирией. Этот путь также более предпочтителен для беженцев из Ирака и Афганистана и экономических мигрантов из Пакистана и Бангладеш.

Четвертым немаловажным фактором является накопление «критической массы» выходцев из Северной и Экваториальной Африки в Европе. Очень многие мигранты стремятся попасть в конкретные страны, где уже обосновались их родственники. Возможность присоединиться к членам семьи в той или иной степени устроенных в Европе многократно облегчает психологическую сторону такого переезда, не говоря уже об экономической. Что касается войны и нищеты, то все больше политиков и даже журналистов признают, что основная часть прибывающих – это не нищие беженцы. Большинство из них бежит не из зон боевых действий, а просто из разрушенного региона, где нет экономических перспектив, зато есть угроза прихода «Исламского государства».

Кризис с беженцами раскалывает Европу. 43 % всех заявлений о предоставлении убежища, поданных в первой половине 2015 г. в ЕС, пришлось на Германию. Именно она и еще три других европейских государства принимают практически всех беженцев. Во многих странах, особенно в Восточной Европе, правительства, да и сами жители, выступают против приема беженцев и мигрантов.

Обязательное распределение квот, предложенное Европейской комиссией в рамках «чрезвычайного механизма», отвергают не только государства Восточной Европы, но и такие страны, как Великобритания, Ирландия и Дания. Большинство стран ЕС опасаются, что нынешние «чрезвычайные» квоты в будущем может быть закреплены в новом механизме постоянного распределения.

Ангела Меркель потребовала больше солидарности европейцев. Но эти призывы не имеют особого эффекта. Канцлер ФРГ никогда не была так беспомощна в своей политической жизни, как сегодня. На Германию, возможно, придется непропорционально большое число беженцев, в то время как другие страны продолжат уклоняться от выполнения своих обязанностей.

Большую ответственность за массовый приток мигрантов несет Греция из-за отсутствия должного контроля за границей. Защита границ является первым и самым важным вопросом. Литва обязалась принять 325 беженцев из Африки и Ближнего Востока.

Еще одним последствием является то, что обостряется обстановка внутри ряда европейских стран. Так, большинство немецких граждан (81 %) считает, что власти их страны не справляются с миграционным кризисом. Работа кабинета министров не устраивает 61 % опрошенных, а рейтинг Ангелы Меркель оказался самым низким с августа 2011 г. После неудачного «начала», когда канцлер Германии захотела продемонстрировать себя с лучшей стороны, пригласив всех и каждого к ней в страну, процесс переселения беженцев стал выходить из-под контроля. Усугубление экономического положения в стране, внутренняя нестабильность, большое количество беспорядков вот к чему привела подобная «недальновидная политика». Чего стоят одни только массовые нападения на женщин, совершенные в Кельне в новогоднюю ночь. Полиция получила более 400 заявлений от женщин, которые подверглись сексуальным домогательствам со стороны мужчин «африканской и арабской внешности».

Достаточно сложно обстоят дела и в Швеции. Ситуация в стране за последние 8 лет и без миграционного кризиса ухудшалась. Однако, по словам шведского премьер-министра Стефана Левена, миграционный поток не будет прекращен даже в нынешней ситуации – принимать будут тех, кто может быть полезен обществу. В настоящее время в Швеции создают центры интеграции и квалификации беженцев, где они приобретают необходимые навыки для той или иной работы. За прошлый год в страну прибыло около 163 тыс. беженцев, и в ЕС этот показатель является рекордным в расчете на душу населения. Да, власти стараются создать для мигрантов все условия для более-менее комфортной жизни, но стоит вспомнить хотя бы осень 2015 г., когда приюты для беженцев подверглись рекордному в истории государства количеству нападений. Такое обострение ситуации вокруг мигрантов может похоронить планы Брюсселя по распределению беженцев среди стран ЕС. У стран, и ранее отказывавшихся принимать беженцев, теперь появился дополнительный повод для закрытия границ [4].

Третьей проблемой является «шантаж» со стороны Турции, которая требует всё больше средств на сдерживание непрекращающегося потока беженцев. Еврокомиссия одобрила создание в Турции специального фонда для беженцев размером 3 млрд евро, из которых сама ЕК выделит 500 млн евро, а оставшиеся 2,5 млрд предстоит собрать странам ЕС. Германия пообещала Анкаре еще 14 млн. евро «на решение миграционного кризиса». Предполагается, что в 2016 г. финансовая помощь Турции вырастет с 36 до 50 млн. евро. Италия выступает против реализации этого плана.

Четвертой, пожалуй, самой сложной проблемой является то, что миграционный кризис ставит под угрозу Шенгенскую зону.

16 января 2016 г. Австрия временно покинула Шенгенскую зону. По словам, канцлера Вернера Файмана, «каждого приезжающего в страну будут усиленно проверять». Вена выступила также с предложением исключить из Шенгенской зоны Грецию, поскольку та делает недостаточно для защиты границ и миграционного контроля. Терпение многих европейцев заканчивается так как, правительство в Афинах больше не уделяет времени для охраны внешних границ, то следует открыто обсудить вопрос о временном исключении Греции из Шенгенской зоны.

Ряд стран ЕС, включая Германию, Австрию, Бельгию, Швецию и Данию, намерены продлить пограничный контроль в Шенгенской зоне до 2017 г. Это может произойти в том случае, если Еврокомиссия сочтет внешние границы Греции недостаточно охраняемыми. В соответствии с действующими правилами пограничный контроль должен был прекратиться в мае 2016 г.

Если говорить о перспективах разрешения миграционного кризиса, то многим политикам и экспертам они представляются достаточно пессимистичными. Как отметил премьер-министр Франции Мануэль Вальс, Европе необходимо принять срочные меры, чтобы контролировать свои внешние границы. «Если Европа не способна защитить свои границы, то сама идея Европы будет поставлена под сомнение». Французский политик уточнил, что погибнет не сама Европа, а «европейский проект», европейские ценности, концепция единой Европы. По его словам, Европа не может принять всех беженцев, спасающихся от ужасных войн в Ираке или Сирии. «В противном случае наше общество будет полностью дестабилизировано». Мануэль Вальс отметил «смелость» канцлера Германии Ангелы Меркель в вопросе беженцев, но заявил, что ее политика «приходите, вас примут» может привести к огромным переменам в ЕС [5].

Помимо этой темы в среде политиков всё чаще стали звучать опасения о скором распаде Шенгенской зоны. Глава Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер предупредил, что закрытие границ внутри ЕС будет иметь серьезные экономические последствия и в конечном итоге поставит под вопрос существование евро как единой валюты.

«Если мы закроем границы, если начнет страдать внутренний рынок, настанет день, когда мы начнем сомневаться, действительно ли нам нужна единая валюта». По словам политика, распад Шенгенской зоны «похоронит внутренний рынок» ЕС и приведет к росту безработицы в Европе. Впрочем, сам приток беженцев может положительно сказаться на европейской экономике в краткосрочной перспективе. Однако более долгосрочные экономические перспективы может обеспечить лишь успешное трудоустройство мигрантов. В конечном итоге экономический эффект будет зависеть от скорости интеграции беженцев на рынке труда.

Для решения вопроса борьбы с миграционным кризисом в долгосрочной перспективе предлагаются три возможных варианта:

  • прекратить военные действия в Сирии;
  • достичь согласительных действий между военными и террористическими группировками в Сирии;
  • этнический вопрос;
  • добровольная репатриация;
  • получение официального статуса беженца.

Что касается добровольной репатриации, то она должна основываться «исключительно на свободном и основанном на информации решении, и только в том случае, когда гарантирована государственная защита прав». При соблюдении этих условий УВКБ оказывает содействие добровольному возвращению беженцев на родину. Сейчас репатриация достигла самого низкого уровня за 30 лет, и всё более весомую роль играет расселение беженцев вне их стран. Говоря о расселении, в УВКБ имеют в виду перемещение беженцев из страны, где они располагали убежищем, в другое государство, не являющееся их родиной. В 2014 г. число стран, предложивших расселить у себя беженцев, осталось таким же, как и годом раньше – 27. Управление верховного комиссара ООН выступает за увеличение этого числа, «особенно ввиду нынешнего гуманитарного кризиса во многих частях мира». Под местной интеграцией в ООН подразумевают «полную интеграцию беженцев в качестве членов принимающей их общины посредством юридических, экономических, социальных и культурных процессов». Местная интеграция «налагает обязательства как на беженцев, так и на правительства». Предоставляя соответствующие права интегрируемым беженцам, правительства одновременно обязывают их жить в соответствии с нормами и правилами» принимающей страны [6].

Принимая во внимание тот факт, что международная миграция будет только возрастать в свете различий в демографических процессах в развитых и развивающихся странах, принимающие страны должны способствовать созданию эффективного миграционного режима – как на национальном и региональном, так и на глобальном уровнях. Европейская комиссия, пытаясь хоть как-то разрешить кризис в долгосрочной перспективе, предложила, во-первых, расширить квоты на прием мигрантов с 40 тыс. до 160 тыс. человек на весь Евросоюз на 2 года. Во-вторых, согласовать списки «опасных» и «безопасных» государств: выходцам из регионов, где идет война, убежище будет предоставляться по упрощенной процедуре, тогда как нелегалам из «безопасных» (мирных) стран придется доказывать, что на родине им грозят опасность или преследования. В противном случае они будут причислены к экономическим мигрантам с четкой перспективой быть немедленно отправленными на родину. В-третьих, создать на всех «проблемных» границах ЕС центры приема беженцев, которые будут заниматься их регистрацией, со снятием отпечатков пальцев, для занесения в полицейские и иммиграционные базы данных Шенгена и последующим распределением – отправкой на рассмотрение запроса об убежище или возвратом на ранней фазе домой. Наконец, в-четвертых, Евросоюз намерен начать активную борьбу с криминальными структурами, перевозящими мигрантов. Безусловно, реализовать всё это будет крайне сложно.

В заключении, хотелось бы отметить что у Евросоюза в настоящее время нет конкретных решений миграционной проблемы, и это во многом объясняется его неспособностью вести дискуссию о глубинных причинах кризиса и его возможных последствиях.

Зачем Европу накачивают мигрантами? Три основные версии

Мигранты наводняют Европу, создаётся впечатление, что кто-то нарочно накачивает Европу сотнями тысяч выходцев с «глобального юга», делая это методично и жестко. Поток мигрантов резко увеличивается, и слишком явным делается неслучайность увеличения этого потока и чёткая логистика его перемещения.

Не буду тратить излишне много слов на доказательство того, что «волну мигрантов» гонят в Европу намеренно, поскольку к настоящему моменту это слишком уж очевидный факт. Остановиться же хочу на другом, а именно на вопросе о том – зачем это делается?

Зачем и для чего Европу накачивают людьми, которых сгоняют с насиженных мест при помощи войн, устроенных стараниями «империи добра»?

Итак, проанализировав имеющуюся информацию, могу сказать, что основных версий три. Первая, (и самая популярная среди наблюдателей за данным процессом) состоит в том, что американцы накачивают Европу инородцами, чтоб создать дополнительное напряжение в европейских странах, сформировать «взрывоопасную массу», и, в случае чего, иметь возможность резко взорвать ситуацию. Это позволит Вашингтону держать в чётком (ещё более «собачьем») послушании страны Европы, позволит шантажировать их власти, позволит решать другие «задачи», ведь когда какому-либо обществу вдруг навязали серьёзную проблему, оно становится очень уязвимо.

Данная версия довольно логична, и она укладывается-таки в логику «управляемого хаоса», да и всего того, что осуществляется Вашингтоном в мире уже несколько десятилетий. Следующая версия гораздо реже звучит в нынешних дискуссиях, посвящённых проблеме наплыва мигрантов в Европу, между тем, версия довольно серьёзна. Если вкратце, она состоит в том, что власти Европы (и, в первую очередь, германоязычных стран) вдруг осознали, что их общества стареют слишком уж катастрофическими темпами и решили действовать.

Даже ещё тридцать лет назад было трудно предположить, что может сложиться ситуация угрожающего кризиса социальной системы Европы, которая успела обзавестись пенсиями и пособиями, а их теперь невозможно просто так взять и отменить. Да и как их отменишь, если уже совсем скоро большинство населения, я подчёркиваю – большинство станет стариками.

Молодежи в Европе становится всё меньше, её катастрофически мало, а та, что есть, не спешит обзаводиться детьми. Если всё останется как есть, то уже через пятнадцать-двадцать лет социальная система Европы рухнет со злобным треском, а вместе с нею треснет и повалится и производственная система, до последнего времени делавшая Европу одним из лидирующих регионов мира.

О проблеме старения говорят, вроде бы, немало, но её масштаб до конца ещё не осознан, обществом не понята вся та угрожающая степень властности «костлявой руки старости», которая может сломать Европу, перебить ей хребет, причём в прямом, самом банальном смысле. В том обществе, где живут одни лишь дряхлые старики очень проблематично строить новые проекты развития, либо вообще что-нибудь строить и осуществлять.

Читайте также:  Адаптация разных поколений скандинавских иммигрантов

Между тем, средний возраст «ведущих» стран Европы увеличивается с каждым годом. К настоящему моменту эта цифра уже пугающая. Итак, самой старой и самой «отучившейся рожать» страной Европы является Германия, средний возраст её жителей превысил уже 46 лет (это много, очень, очень много), вместе с нею катастрофическому старению подверглась Италия (средний возраст приближается к сорока пяти годам), а также Австрия, Хорватия и Венгрия (их средний возраст около 43 лет).

Для сравнения средний возраст жителей Сирии и Пакистана – 23 года, Ирака – 21 год, Афганистана – 18 лет. Если говорить о чуть более благополучных странах Европы в демографическом отношении (да и то разговор может идти лишь об относительном благополучии), то назвать-то можно лишь несколько из них, ну, допустим Ирландию (где долгое время были запрещены аборты), средний возраст её жителей сейчас около 36 лет, Македонию (её средний возраст около 37 лет), Словакию и Белоруссию (средний возраст жителей этих постсоциалистических республик колеблется сейчас в районе 39 лет), и Россию.

Средний возраст наших жителей составляет чуть более 38 лет, и на самом-то это тоже очень много, но если сравнивать с Германией и Италией, то выглядит ещё ничего, ведь наше общество пока не вышло из условного «детородного возраста», а немецкое уже начинает из него безвозвратно выходить, и скоро наступит день, когда среди огромной массы населения, среди десятков миллионов немцев, населяющих тесную европейскую территорию, останутся лишь люди, нуждающиеся в заботе. А ведь кому-то придётся на них работать, и теперь уже не только горшки выносить, но и создавать те средства, за которые надо поддерживать уровень благ, к которыми привыкло немецкое общество и европейские общества вообще.

Очень старыми являются также общества Японии, Южной Кореи, Канады. Общество Украины стареет на наших глазах, причём столь удивительными темпами, что не исключен выход его в лидеры этого печального соревнования, уже через пару лет. Коль на Украине продолжится всё то, к чему привела «майданная революция», Украина умрёт в банальном смысле, в самом прямом. Украинки резко снизили рождаемость, смертность же (в том числе детская смертность) резко повысилось, кроме того, продолжается исход молодых возрастов из украинского общества. Эта проблема пока не осознана, но она ужасающая. Хотя на нынешний момент средний возраст жителя Украины составляет около 42 лет (как видим, в Германии дела обстоят хуже даже чем в охваченной бедами Украине).

Я так подробно рассказываю о нюансах европейской демографической ситуации потому, что этот пункт касается и той версии (что идёт второй в моём перечне), и следующей тоже. Да и вообще, этот вопрос касается всего, о чём стоит говорить, затрагивая проблемы Европы, ведь уже очень скоро все её проблемы будут завязаны на этот пунктик.

Так вот, согласно второй из предложенных мною версий, власти европейских стран и прежде всего кабинет Ангелы Меркель вдруг осознали тот факт, что прежнего притока мигрантов недостаточно, а следовательно необходимо увеличивать число прибывающих (молодых) людей, чтоб выправить ситуацию с продолжающейся катастрофой старения Европы. Тоже вроде логично. Более того, и власти Германии и власти прочих европейских стран десятилетиями тем и занимались, что привлекали к себе мигрантов со всего света.

Однако, совсем недавно, с высоких трибун Германии и Франции успели прозвучать слова о том, что засилье инородцев в европейском обществе создаёт слишком много нежелательных следствий и вызывает проблемы, к тому же размывает ментальный облик европейского общества, делает его скоплением обособленных общин, и прочая, и всё в этом духе звучало совсем недавно по-немецки и по-французски.

Наверняка помните, как госпожа Меркель, буквально считанные недели назад, посадила перед собой какую-то маленькую девочку (из Сирии, Пакистана, или Афганистана, не помню точно откуда), так вот посадила маленькую беженку перед собой и сказала ей: «Детка, всё хорошо, но тебе придётся уехать!» Госпожа Меркель, как и прочие «светловолосые арийцы», не часто говорят вслух, но давно уже обеспокоены тем фактом, что сейчас в Германии проживает уже около 5% мусульман, однако среди детей, постоянно проживающих в Германии, доля выходцев из мусульманских семей уже 24%. Вот и представьте себе весь характер движения демографических процессов.

Но вдруг, ни с того ни с сего, госпожа Меркель осознала всю глубину горестей сирийского, афганского, пакистанского и прочих народов, а вместе с тем поняла, что и Германии остро необходима накачка своей территории юными сынами и дочерьми этих страдающих народов. Резкая смена мнения, не находите?

С чего это вдруг разговоры о провале политики мультикультурализма сменились такой непредсказуемой и странной политикой и риторикой? Война на Ближнем Востоке идёт уже давно, причём сразу в нескольких странах этого региона. Да и Афганистан страдает уже не первый год. И в Пакистане бушуют беды не первый день. Ничего там особенного не изменилось за последние три месяца, но Европа вдруг стала смотреть на всё иначе. Как видно, её кто-то заставил так смотреть и так действовать… Власти европейских стран действуют с обречённой покорностью, они даже не пытаются закрыть свои страны от наплыва чужих непонятных людей, вместе с которыми неизбежно приходят серьёзные проблемы, как бы ни были замечательны эти смуглые люди и сколь бы они не настрадались.

Но всё же, подводя итог этой части статьи, замечу, что вторая версия резкого усиления процесса привлечения мигрантов в Европу заключена в том, что европейские общества осознали масштаб своего катастрофического старения и решили форсировать процесс «омоложения», создавая систему действий для усиления, умножения притока молодых возрастов.

Теперь же мы плавно перейдём к третьей версии, связанной, как уже было сказано, со второю. Итак, третья версия происходящего, говорит о том, что процесс накачки Европы молодыми людьми из Азии и Африки связан с тем, что Вашингтон, бросившей новый вызов России, имеет столь серьёзные намерения в части «сдерживания» (а, на самом деле, агрессивного подавления) России, что не исключает варианта, при котором придётся подбивать на войну против России всю Европу, во всяком случае те страны, которые имеют «давние счёты» к нам, русским.

Но как можно начинать войну против такой огромной системы, как Россия, коль в Европе, с каждым годом, становится всё меньше молодых мужчин? В Европе много стариков, слишком много стариков. Если же накачать Европу новыми людьми, подавляющая часть из которых принадлежит к самым молодым возрастам, то уже через считанные годы их можно будет «поставить под ружье» и бросить под русские танки. Вашингтону нужна большая война на чужой территории. Об этом говорится уже открыто, в том числе с трибун вашингтонских собраний.

Если бы удалось опять стравить «объединённую Европу» и Россию, то многие англоязычные господа сказали бы своё «вау», а многие бы из них долго прыгали от удовольствия, похлопывая в ладоши. Одна беда – сама Европа уже не может воевать всерьёз, кончилось то времечко, когда она могла нарожать достаточное количество солдат, или, хотя бы породить достаточное количество пассионарности. А значит надо что-то делать, чтоб накачать Европу тем «человеческим материалом», который сгодится на роль тарана, обязанного ударить по русской крепости.

Американцы вдруг осознали, что русские, как были так и остаются, самым непокорным народом мира, американцы осознали что мнимая «победа в холодной войне» не дала ничего кроме нанесения тяжкого оскорбления и урона русским, отчего русские стали лишь злее и утратили иллюзии относительно намерений Америки. И вот теперь, когда на повестке дня стоит гамлетовский вопрос: «Быть, или не быть англоязычному доминированию в мире?», в Вашингтоне судорожно ищут варианты для нового, ещё более мощного наступления на Россию, которое должно повлечь её полное укрощение, а желательно – полный распад. Вашингтонских деятелей уже поджимает времечко, им пора осуществлять «перезагрузку» долговой пирамиды, пора «сжигать долги» и городить новую схему угнетения народов.

Но сделать это можно будет лишь в том случае, коль будешь уверен, что после того как начнёшь «раскардаж», никто не займёт твоё место. Вот потому-то вашингтонские стратеги и стремятся посеять хаос всюду, и, в первую очередь в России, а теперь вот и в Европе. Американцы не хотят признавать банкротства своей системы, а желают закамуфлировать катастрофу банкротства и тут же придумать что-то, способное вновь установить глобальное иго. Если же Россия будет жива и действенна, труднее будет повернуть историю вспять и вновь объявить век безраздельного американского доминирования.

Русские, самый непокорный народ мира, находятся нынче не в лучшем виде, потрёпаны чередой ужасных неудач, но выжидают, стремясь «пересидеть Америку», как однажды пересидели Орду и заполучили всё её наследство в своё распоряжение. Вот таков примерный расклад, на нынешний день.

Думаю, из трёх перечисленных мною версий, каждая имеет свою долю вероятности, более того – каждую, так, или иначе, попытаются «продвинуть» Американцы. То есть они, конечно же, постараются сконструировать в Европе такую реальность, которая позволит сделать европейские общества более послушными и уязвимыми, ну а если дойдёт дело до войны с Россией, то попытаются использовать многомиллионные армии «новых смуглых европейцев» в качестве дешёвого «пушечного мяса».

Если же возвращаться к нюансам второго пункта, то насчёт «спасения» демографии Европы можно сказать следующее. Никакая, даже самая активная и хитровыдуманная программа привлечения мигрантов не решит фундаментальной проблемы старения и вымирания европейских обществ, решение может быть совсем иным.

Для спасения европейцев «как вида», необходима резкая смена морально-нравственной и культурной парадигмы, а также установление диктатуры, которая строго запретит аборты, а также (не смейтесь) и противозачаточные средства, а ещё – введёт кошмарные и дикие налоги на бездетность. Только «драконовскими» методами можно будет возродить демографическую историю европейских наций. Иного пути нет. Жесткая смена гедонистических принципов жизни, жесткое навязывание иных (почвеннических) ориентиров бытия, жёсткая система контроля.

Это всех касается, и России тоже, хотя у нас дела (с демографией) и чуть получше, чем в Германии.

Сумеет ли Европа пойти по пути «жесткого размножения» – это большой вопрос. Сейчас кажется, что уже и не сумеет, кажется что Европе, в том виде, в котором мы её знаем, придётся испытать участь империи Инков, Бактрии, и множества иных цивилизационных очагов, практически исчезнувших с карты мира и потерявших своё независимое демографическое будущее. Но что действительно ждёт нас за поворотом – не знает никто.

На мой взгляд, вашингтонская псевдоимперия всё-таки не сумеет достичь своих целей, не сможет устранить фактор России, не сумеет довести стратегию глобального «управляемого хаоса» до логического завершения, которое позволило бы резко «перезагрузить» систему ига и продолжить тащить мир по траектории того, чего советские пропагандисты называли «загниванием».

Тогда мы смеялись над этим забавным термином, теперь вынуждены увидать, что советские говоруны были правы, а концепция «развития», навязанная американской «культурой» влечёт общества нашего мира к моральной деградации и вымиранию. Ну а коль, в обозримом будущем, падёт власть американского псевдогегемона, то начнётся новая страница истории и многие процессы пойдут по иному пути. Может быть что-то хорошее станется и с демографией «глобального севера». История любит преподносить сюрпризы.

Но Россия, я думаю, так и останется самой непокорной нацией на планете, не сдастся без боя, даже на демографическом поле. Хотя бой предстоит ещё тот.

Проблема миграции в современной Европе: причины и последствия

Февральская Мария Александровна,Студентка 3 курса направления «Социология» ФГБОУ ВПО «Оренбургский государственный педагогический университет», г. Оренбургshidlovskaya.masha@mail.ru

Проблема миграции всовременнойЕвропе: причиныипоследствия

Аннотация. Статья посвящена миграционному кризису в современной Европе. Автором рассмотрены причины, обусловившие данную проблему, действия разных стран по ее разрешению, а также возможные последствия для европейских государств.Ключевые слова:Европа, миграционный кризис, причины, последствия

Процесс глобализации,достигший больших масштабов в XXI веке, открыл новые проблемы перед современным мировым сообществом. На сегодняшний день одним из наиболее громких вызовов спокойствиюв мирестала проблема миграции, которая наиболее актуальна в Европе. Коренные жители европейских государств обеспокоены сложившейся ситуацией, а многие из них отрицательно относятся к приезжим и беженцам. Это связано с тем, что с ростом мигрантов, увеличилась преступность, на улицы многих европейских городов стало опасно выходить в темное время суток. Криминальные новости о мигрантах все чаще появляются в европейских сводках: нападения на женщин в Германии, многочисленные стычки с полицией и попытки незаконного пересечения границ[2]. На наш взгляд, данная проблема в современной Европе не возникла из ничего, она назревала в течение долгого времени. Многие государства видели в иммиграции решение проблемы демографического кризиса, которая угрожает благополучию многих европейских стран. В таблице 1 представлены данные о среднем возрасте населения в некоторых странах Европы[10].Таблица 1.Средний возраст населения в европейских странах

СтранаВозраст, летСтранаВозраст, летСтранаВозраст, летМонако49,4Нидерланды41,1Франция39,9Германия44,9Дания40,9Люксембург39,4Италия43,5Чехия40,8Беларусь39,0Австрия43,0Босния и Герцеговина40,7Румыния38,7Греция42,5Латвия40,6Россия38,7СанМарино42,5Андорра40,5Польша38,5Финляндия42,5Эстония40,5Черногория37,8Словения42,4Испания40,5Словакия37,6Бельгия42,3Венгрия40,2Фарерские острова37,3Швеция42,0Литва40,1Македония35,8Болгария41,9Мальта40,0Исландия35,6Лихтенштейн41,8Норвегия40,0Молдова35,4Швейцария41,7Великобритания40,0Ирландия34,8Хорватия41,4Португалия40,0Албания30,4Сербия41,3Украина39,9Европа в целом39,9

Таким образом, средний возраст в Европе близок к 40 годам, а в ряде развитых стран и вовсе близок к 45. Это свидетельствует о том, чтонаселение Европы стареет с каждым годом, а молодых людей становится все меньше, дажете которые есть, обычно не планируют более одного ребенка. Такая ситуация угрожает не только сокращением численности населения,но и крах всей социальной системы. Если положение дел не изменится, то это может произойти через пятнадцатьдвадцать лет, что приведет к падению производственнойсистемы, до последнего времени делавшейЕвропу одним из лидирующих регионов мира.Это связано с тем, что большая часть населения Европы вскоре покинет период трудоспособного возраста, став нуждаться в социальных выплатах, пенсиях и т.п. Вся тяжесть экономического развития ляжет на сегодняшнюю молодежь, которая изза своей немногочисленности не сможет обеспечить тот уровень жизни, к которым привыкла современная Европа. В том обществе, где проживаютпреимущественнопожилые люди очень сложностроить новые проекты развития.Поэтому использование иммигрантов в качестве решения демографической проблемы казалось неплохим способом. Во многих азиатских и африканских странах средний возраст населения значительно ниже, чем в Европе. Так в Пакистане и Сирии этот показатель составляет–23 года, Ираке –21 год, Афганистане –18 лет. Конечно, иммигранты стали работать на экономику европейских стран, однако возникла новая угроза. Она связана с тем, что большинство иммигрантов не ассимилировались с местным населением, они живут обособленно, придерживаются своих национальных культурныхценностей. Рождаемость в семьях иммигрантов значительно выше, чем среди коренного населения, что связано с особенностями религии и традициями в данных семьях. Это подтверждает такой факт, что на сегодняшний день в Германии проживает около 5% мусульман, однако среди детей, которыеживутв Германиипостоянно, доля выходцев из мусульманских семей уже достигла 24%.Если не будут приняты меры, и демографические процессы будут продолжаться развиваться в том же ключе, то через несколько десятилетий уже коренныеевропейцы могут быть ассимилированы иммигрантами[4].Если раньше европейские государства могли регулировать потоки мигрантов, то в последнее время ситуация стала выходить изпод контроля. Это обусловлено нестабильной обстановкой в ряде стран Ближнего Востока, в особенности в связи с гражданской войной в Сирии и увеличением угрозы со стороны террористической организации ИГИЛ. Беженцы тысячами начали пребывать в Европу, спасаясь от ужасов войны в своих странах. Многие из них не имеют больших запасов продуктов, но опасность погибнуть в пути или быть пойманными полицией их не останавливает. Иммигранты на свой страх ириск пересекают Средиземное море в поисках лучшей жизни.Согласно данным Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев вЕвропутаким путем в 2015году прибыло свышеболее 225 тысячбеженцев и других мигрантов. Предположительно, около 2,1 тысяч человек при этом. У границ ЕСкиюлю2015 года собралось свыше 100 тысяч мигрантов, стремящихсяпопасть в страны Евросоюза.Согласно Дублинскому соглашению по предоставлению убежища в странах Евросоюза, просителям необходимо пройти регистрациюв ЕС в стране прибытия, но это правило частонарушается. Мигранты стараютсяпроникнуть на север Европы через Италиюи Грецию.Начинает набиратьпопулярность «северный маршрут»: сирийские беженцы прибывают через Россию в Норвегию, однакопока количество тех, кто таким образом пытается попасть в Европу исчисляется сотнями.Путь беженцев включает много этапов: из Греции ониотправляются в Македонию, оттуда в Сербию, Венгрию и далеена запад; из Италии —в Словению и Хорватию.В Венгрии беженцы осаждают поезда, чтобы доехатьдо Австрии, откуда в дальнейшем отправляютсяв немецкие Гамбург, Франкфурт или Мюнхен. Беженцы готовы заплатить околодвух тысяч евро и провести в дороге не менее недель, чтобы достичь стран Центральной Европы.Научный сотрудник германских исследований Института Европы РАН Александр Камкин, отметил,что беженцы стремятся попасть в Германию по причине лояльногозаконодательствав миграционной сфере. Так,в годы югославской войны Германия охотно и широко принимала беженцев. Общим настроем является положительное действие миграции, которая несет благо и обогащение. Любыенастроения, направленные против мигрантовподавляются. Также в Германии беженцы получают пособия в размере 400450 евро в месяц на человека, помимо этого, там больше возможностей для трудоустройства, чем в Греции и Италии.Во Франции ситуация обстоит иначе, там высокие рейтинги имеют правые партии. Мигранты знают об этих настроениях в разных странах, поэтому выбирают наиболее благополучные для них.

Другой эксперт, доцент кафедры европейского права МГИМО Николай Топорнин отмечает, что в Дании каждомубеженцуи вовсе выделяется 1400 евро в месяц, в Швеции –около 800 евро. Мигранты, которые стремятся к лучшей жизни, по мнению экспертов, не жить на пособие, а искать работу, поэтому и происходит интерес к экономически более активным странам[9].Все происходящие ставят под угрозу политику Евросоюза, проходящую под лозунгом «Европа без границ» –такоепослание континенту было отправлено министром иностранных дел Австрии Алоизом Моком и его венгерским коллегой Дьюлой Хорном в конце июня 1989 года, когда была перерезана колючая проволока на пограничном мосту между Австрией и Венгрией. Эти события предшествовали падению Берлинской стены. Спустя 26 лен в Венгрии вновь строятся заграждения из ключей проволоки на границе с Сербией. Правопопулистское венгерское правительство под руководством Виктора Орбана отправляет ясный сигнал: страна мадьяров отгораживается[7].

Читайте также:  Чернокожие в политике и экономике США — исторический анализ

Сложившуюся ситуацию в Европе уже называют вторым«переселениемнародов». Столь масштабные миграционные потоки обязательно скажутся на политических, экономических и демографических процессах в европейских странах. ДеловымизданиемCNBC были выделеныосновные последствия, к которым приведет текущая ситуация:1) Рост рабочей силы. Например в сегодняшней Германиибольшим спросом на рынке труда пользуются работникис навыками в области математики, информационных технологийиестественных наук. Согласноданным, представленным в докладеИнститута германской экономики в Кельне (IW),страна страдает от нехватки и старения работников в этих сферах. Существуетнадежда, что из 800 тысяч мигрантов, которые, прибыли в 2015 году, будутте, кто смогут удовлетворить спрос.2) Разрешение проблемы старения Европы. Нехваткерабочей силы поспособствует старение население Европы,о котором уже было сказано. Рост численности рабочей силы в виде мигрантов может увеличить рождаемость, став противовесомпроцессустарения Европы. Согласно данным Евростата самый низкий уровень рождаемости существует в странах с крупнейшей экономикой Германии, Италиии Испании.

3) Увеличение нагрузкина экономику. Несмотря на то, что мигранты могут пополнить ряды рабочих, существуют серьезные опасения, что многие из прибывающих беженцев из стран Африки и Ближнего Востока, не имеют ни образования, ни навыков, вследствие чего они лягут мертвым грузом на экономикепринимающих европейских государств. Последние шаги, предпринятые Германией показывают, что даже благополучные в экономическом отношении страны, немогут принять у себя всех желающих. Министр внутренних дел Германии Томас де Мезьер в интервью для немецкой газетыTaggespiegel заявил, что если беженцы хотятполучить защиту от европейских стран, они должны признать, что не смогут выбирать, в какой стране их «поселят». «Не может быть свободного выбора места жительства для беженцев. Этого не существует нигде в мире».В январе 2016 года правительством Дании был принят закон о том, что власти имеют право изымать у мигрантов личные вещи и ценности для обеспечения компенсации затратов, которые приходится нести экономике изза мигрантов. Закон вызвал неоднозначную реакцию со стороны общественности и подвергся критике со стороны других европейских стран как нарушающий права человека4)Протесты против иммиграции. В Европе в течении нескольких последних лет происходит рост антимигрантских настроений, но текущая миграционнаяпроблемаразделил общественное мнение. Многиепротивники миграции поменялисвои взгляды под влиянием душераздирающих картин детей и взрослых, умерших на пути в Европу.Во многих европейских городах все чаще стали проводиться демонстрации и протестные акции, как против мигрантов, так и в их поддержку[5]. На наш взгляд, одной из причин, по которым многие европейцы отрицательно относятся к приезжим, в особенности к мусульманам, стали террористические атаки, напугавшие европейские страны. Теракты в центре Парижа повергли в шок всю Европу, заставив власти многих стран существенно увеличивать меры безопасности. Ответственность за террористические акции взяла на себя террористическая исламистская группировка ИГИЛ. Эти события стали причиной, по которой коренные европейцы все больше начинают опасаться выходцев из мусульманских стран. Помимо этих последствий проблема мигрантов может существенно повлиять на изменение политической жизни в европейских странах. Массовые недовольства приездом новых мигрантов и беженцев приводят к увеличению популярности ультраправых партий. Еще совсем недавно ультраправые ассоциировались с печальным наследием гитлеризма, от них отворачивались, как от маргиналов, место которых

во главе армии оголтелых футбольных фанатов. Однако, сегодня их лидеры, которые выступают на митингах с речамио чистоте нации, рискуя попасть под арестза неонацистскую пропагандузаседают в парламентах ведущих стран Европы.Данные силы стали популярны за счет популистских программ: защита традиционныхценностей, институтабракаи семьи, регулирование потока мигрантов, защита прав коренного населения, необходимость прекращениянесвоевременнойи дорогостоящейевроинтеграции.Помимо этого, праворадикалы успешно перехватили лозун, бывший традиционным у демократов и социалистов о социально ориентированной политике, правах бедных, пенсионероыи детей. Поэтому, нет ничего удивительногов увеличении их популярности, так как их лозунги близки и понятны большинству европейскому населению. Процесс глобализации, ведущий к потереидентичности и обеднению, с одной стороны, и рост исламского экстремизма –с другой, ведутк ослаблению ценностейлиберализма, утратеверы в надгосударственные институты, такие как Евросоюз, или даже к риску раскола государства, как, например, в Бельгии.В течение последних нескольких лет вЕвропе за последнее несколько националистические партии прошли триумфальным маршем по национальным парламентам, они впервые получилизначительное число голосов на выборах в Великобритании, Франции, Австрии (там это случилось уже 10 лет назад!), Венгрии, Греции, Италии, и многих других странах. Всеэти партии начиная от «Национального фронта»Марин Ле Пен во Франции до скандальной австрийской Партии свободы стали популярнымиблагодаря своей жесткой позиции по отношению к мигрантам, вопросамбезопасности, социальных проблем и национальной экономики.В первую очередь лишь ассоциацииэтих в прошлом маргинальных партий с неонацистами и навязанный сверху уровень толерантности в обществе мешают им заручитьсядоверие большинстваизбирателей.Однако тенденции в политической жизни Европы очевидны: популярность таких партий увеличивается растет год от года. Более того, лидеры этих партий, строившие свои программы на отрицании Евросоюза, стали выходитьна общеевропейский уровень.Премьерминистр Италии Энрико Летта высказал м следующее мнение по этому поводу: «Если не будет предпринято какихлибо мер, то на выборах мы получим антиевропейски настроенный Европарламент».

Лидерфранцузскойпартии «Национальный фронт»заявила, о необходимости объединенияусилий ультраправых партиямиЕвропы. Она называет Евросоюз «Глобальной аномалией», не поддающейся усовершенствованию, сравнивая его с Советским Союзом перед его распадом. По словам лидера партии Евросоюз повторит судьбуСССР –распад и возврат странучастниц к «сотрудничеству суверенных государств».Неудивительно, чтоименноМарин Ле Пен, многие прочат место следующего президентаФранции.Несмотря на то, что приход к власти ультраправых содержит в себе немалую угрозу, однако логика происходящихне оставляет другого выбора –этот процесс становится естественной ответной реакциейобщества на кризисв проблеме миграции[6].Европейские страны лишь недавно начали осознавать насколько опасна проблема с мигрантами,и к каким тяжелым последствиям для всей Европы это может привести. По данным агентства ЕС Frontex, в страны Евросоюза за первые 10 месяцев 2015 года прошлого года прибыло около 1,2 миллиона мигрантов.Сегодня многие страны Евросоюза начинают ужесточать действия по отношению к мигрантам. Так, министр труда и социальной политики Германии Андреа Налес заявила, что мигранты, которые не намерены адаптироваться к жизни в Германии, будут лишены полного социального пособия. По ее словам, такие мигранты будут получать пособия в меньшем размере[3].

Согласно даннымРИА Новости, Налес в статье для газеты Frankfurter Allgemeine Zeitung отметила, чтомигранты живяв обществедолжны соблюдать ,ряд правил. По ее словам:«Чтобы придерживаться правил нашей общественной жизни, нужно также почерпнуть наш образ мысли во время курса изучения языка», Также немецкие власти в разных городах начали просветительскую деятельность среди мигрантов. В частности, мигрантам раздаются специальные листовки на арабском языке, содержащие правила поведения, особенности культуры и традиций, а также особенности немецких праздников и карнавалов[8].

Подобные меры используются и в других странах. Так, вФинляндии распространяютсялистовки, содержащие прописные истины: женщинам вслед нельзя кричать и прикасаться, а также, чтов Европе нельзя купить себе жену[1].Однако считаем, что на сегодняшний деньдля выхода из миграционного кризиса предпринимается недостаточнодействий. В Европе отсутствует слаженная работа по решению проблемы, многие страны действуют самостоятельно, в то время как для решения столь масштабного кризиса нужны централизованные меры во всех странах. Европе необходимо объединить свои усилия, если она хочет сохранить свою целостность.

Европа плачет от мигрантов. Кто провоцирует расизм в странах Евросоюза?

Известно, что места компактного проживания диаспор выходцев из азиатских и африканских стран превращаются в своеобразные гетто, а если мигрантов становится слишком много, лик городов меняется до неузнаваемости. Марсель никогда не был мононациональным городом, но сейчас с первого взгляда не поймешь, Франция это или Западная Африка. Только в одну маленькую Бельгию за последние десять лет прибыло не менее миллиона мигрантов из стран Африки и Азии. Можно представить себе, как они изменили жизнь и быт уютных бельгийских городков. Например, Моленбек, где сейчас проживает огромное количество выходцев из африканских и азиатских стран, считается самым неблагополучным и опасным районом Брюсселя. Коренные бельгийцы делают все возможное, чтобы переселиться подальше от этого района. Только в одном Моленбеке живет не менее 150 тыс. мигрантов – и это по официальным данным, а нелегалов может быть гораздо больше.

Кварталы, заселенные легальными и нелегальными мигрантами, превращаются в эпицентры уличной преступности, наркоторговли и, что еще более страшно, в базы для экстремистских группировок. Именно среди мигрантов международные террористические организации вербуют исполнителей своих кровавых терактов, которые участились в европейских городах. Например, в упомянутом Моленбеке в Брюсселе открыто действуют представительства различных фондов и организаций, финансируемых Саудовской Аравией и Катаром. Кстати, от 2 до 4 тысяч жителей Бельгии арабского и африканского происхождения воевали в Сирии и Ираке в рядах террористических формирований. Многие из них потом вернулись в свой «новый дом» – в район Моленбек. Некоторые кварталы, населенные мигрантами, фактически не контролируются полицией, которая опасается туда заходить не только и даже не столько из-за повышенных рисков сопротивления правонарушителей, сколько из-за возможных проблем с правозащитниками.

Естественно, что такое положение дел влечет за собой далеко не самые позитивные последствия для политической жизни Европы. В европейских странах происходит возрождение националистических и даже расистских настроений на бытовом уровне, а политики все чаще говорят о необходимости ограничения миграции и утверждают, что большое количество мигрантов может привести европейскую цивилизацию к краху. При этом акцент часто делается на несовместимость культурных ценностей европейцев и приезжих. К примеру, в Венгрии руководство страны открыто говорит о том, что прибытие большого количества мигрантов угрожает традиционному образу жизни венгерского населения, христианским ценностям. Примерно теми же словами рассуждают и политики Чехии, Словакии, Польши.

Сейчас именно в Восточной Европе власти жестче всего настроены по отношению к мигрантам. В Венгрии, Польше, Чехии и Словакии мнения чиновников и народа по вопросу о миграции в целом сходятся. Это объясняется не только тем, что восточноевропейские страны всегда имели склонность к национализму и стремились к мононациональному составу населения, но и многочисленными экономическими и социальными проблемами. Руководители этих государств напоминают Евросоюзу, что сначала им бы хотелось решить собственные проблемы, а не размещать огромное количество беженцев и мигрантов на своей территории. В Евросоюзе страны Восточной Европы давно стали «диссидентами» по миграционному вопросу и такое положение будет сохраняться, пока Брюссель не «сменит пластинку» в отношении размещения беженцев и миграционной политики в целом.

Впрочем, сейчас за странами Восточной Европы начали подтягиваться и западноевропейские государства. Одной из первых стремление положить конец нелегальной миграции высказала Италия. Именно эта страна является первой целью африканских мигрантов, переплывающих на ветхих суденышках Средиземное море. Добираясь до тунисского или ливийского побережья Средиземного моря, выходцы из Конго и Мали, Чада и Эритреи, Сомали и Судана на свой страх и риск плывут на лодках и катерах к итальянскому берегу. Теперь береговая охрана стала заворачивать такие суда обратно. А что делать?

Хотя руководство Евросоюза упорно пропагандирует идеологию толерантности, обычные европейцы не менее явно дают понять, что ее не разделяют и разделять не собираются. Это относится даже к сотрудникам правоохранительных органов, которых в идеологическом отношении обрабатывают очень плотно. Но полицейские работают «на земле», живут не в самых престижных кварталах и сами прекрасно видят, к каким последствиям приводит рост неконтролируемой и нелегальной миграции. Поэтому когда в Нидерландах проводилось социологическое исследование настроений личного состава полиции, то социологи были крайне удивлены его результатами – оказывается, более 60% полицейских не видят ничего предосудительного в том, чтобы останавливать людей для проверки документов на основании их расовой или национальной принадлежности. Интересно, что точно такие же результаты дали и опросы обычных голландцев – 64% респондентов ответили, что считают приемлемым задержание мигрантов в качестве профилактического метода борьбы с преступностью.

Конечно, вступить в террористическую организацию может и этнический голландец, но гораздо больше вероятности, что так поступит все же выходец из азиатской или африканской страны. Голландцы не одиноки – в Великобритании более половины опрошенных британцев тоже считают необходимым проявление большего внимания со стороны полицейских к людям арабской и африканской внешности. Если это и расизм, то виновны в нем лишь те группы населения, чьи представители слишком активно отметились в уличных грабежах и драках, изнасилованиях и торговле наркотиками, терроризме и массовых беспорядках.

Однако проблема миграции в Европе уже зашла слишком далеко. Если новых мигрантов можно не пускать в европейские страны, в том числе и силовыми методами, если нелегальных мигрантов можно выявить и депортировать, пусть потребуются для этого значительные усилия полиции, то как быть с теми мигрантами, кто уже обзавелся гражданством, родил в европейских странах детей, являющихся, получается, новыми коренными жителями? На самом деле, не только недавно приехавшие мигранты, но и дети и даже внуки мигрантов сейчас представляют собой большую проблему для социокультурного единства европейского общества.

Во Франции социологи еще давно обращали внимание на проблему второго поколения мигрантов. Если мигранты – родители, приехавшие в свое время во Францию, пытались устроиться на работу, интегрироваться в новое общество, то их дети в конечном итоге оказались все равно никому не нужными, социально депривированными, и это привело их либо на преступный путь, либо в экстремистские организации. Например, братья Саид и Шериф Куаши, совершившие громкий теракт в офисе редакции журнала Charlie Hebdo, родились в семье алжирских иммигрантов, но рано потеряли родителей и воспитывались в приюте. Все их детство прошло во Франции, эта страна была их родиной. Но братья Куаши, повзрослев, пошли по наклонной дорожке – случайные заработки, не требующие особой квалификации, употребление наркотиков, мелкий криминал, а затем – вербовка в террористическую организацию.

Для потомков мигрантов их национальное происхождение становится тем важным способом самоидентификации, который позволяет отделить себя от коренного населения, все равно не принимающего их, и даже поставить себя над «развращенными» европейцами, подчеркнуть свою инаковость. Кроме того, «возвращение к корням» очень полезно и в практическом смысле – связываясь с диаспорами, такие потомки мигрантов получают возможность заработка, находят поддержку и защиту в конфликтных ситуациях.

Мигранты привыкли встречать сочувствие и помощь и со стороны леволиберальной общественности. Многие европейские политические активисты буквально помешались на идеях толерантности, действуя даже в ущерб собственным согражданам. Права и интересы совершенно чужого человека, приехавшего из Афганистана или Сомали и не собирающегося интегрироваться в европейское общество, работать и учиться, для них оказываются более значимыми, чем безопасность и комфорт коренного населения. В результате мы становимся свидетелями парадоксального отношения к насильникам, в том числе и насилующим подростков и детей – такие горе-правозащитники пытаются оправдать их самыми нелепыми аргументами, в том числе и выставляя виноватыми самих жертв преступлений.

Естественно, что больше всего в такой ситуации достается полиции. Стоит полицейским применить силу или оружие против распоясавшихся уличных хулиганов или преступников, как тут же начинаются атаки по всем фронтам – заявления правозащитников и либеральных политиков, уличные акции протеста леваков, беспорядки и погромы, организованные самими мигрантами. Такая ситуация очень не нравится полицейским. Пресс-секретарь Альянса национальной полиции во Франции Валери Мурье подчеркивает, что полицейские устали от такого непонимания. Мало того, что они ежедневно рискуют, находясь на страже порядка, так они еще и становятся объектом нападок со стороны всевозможных правозащитников.

В то же время, вряд ли можно говорить о существовании в современной Европе расизма в том виде, в каком его разделяли, к примеру, американские куклуксклановцы или южноафриканские националисты. Европейцы с подозрением относятся к арабским и африканским мигрантам не потому, что те обладают смуглым или темным цветом кожи, а потому что поведение многих мигрантов идет вразрез с европейскими правилами поведения, с культурными ценностями и с нормами законодательства. Проще говоря, европейцы боятся мигрантов из-за многочисленных уличных преступлений, террористических актов, вовлеченности в наркобизнес. Если у европейца есть какие-то средства, он сделает все возможное, чтобы съехать с района, где проживает много африканских или ближневосточных мигрантов.

Между тем, и сами мигранты далеко не лояльны к принявшим их европейцам. Чаще всего они относятся к ним презрительно или пренебрежительно, считая слишком слабыми, развращенными, трусливыми. Людям, выросшим в традиционных обществах Африки или Среднего Востока, сложно привыкнуть к европейским моделям поведения. Для европейцев, в свою очередь, кажутся недопустимыми такие обычаи мигрантов, как женское затворничество или обрезание девочек, домашнее рабство, многоженство, практика выдачи замуж без согласия девушки. Что таить, полиции большинства европейских стран фактически закрывают глаза на то, что творится внутри диаспор, позволяя мигрантам жить так, как те считают нужным. Но в мигрантской среде такой подход лишь способствует еще большей убежденности в слабости европейцев.

Те же потомки мигрантов, что родились и выросли во Франции и Бельгии, Нидерландах и Великобритании, если не смогли продвинуться выше по социальной иерархии и остались в нижних слоях общества, начинают ориентироваться на своих соплеменников, недавно приехавших в Европу. Они кажутся им более брутальными, активными, организованными. Мигранты второго и третьего поколения очень хотят вновь стать «в доску своими» среди современных мигрантов первой волны. Отсюда и возрождение интереса к национальным традициям, и склонность к поддержке религиозно-экстремистских идей. То есть, фактически мы можем говорить о появлении в Европе «расизма наоборот», в котором жертвой становится как раз белый человек. И это действительно так – достаточно сопоставить, к примеру, количество подвергшихся изнасилованию со стороны мигрантов европейских женщин и количество африканских или азиатских женщин, изнасилованных европейцами.

Понятно, что такое поведение некоторых мигрантов рано или поздно родит настоящее противодействие со стороны населения Европы. Причем из-за отдельных преступников, насильников, наркоторговцев пострадают и вполне добропорядочные люди из числа мигрантов, которые планировали просто жить и работать в европейских странах. Сейчас у европейских элит уже не остается выхода – или они начнут ограничивать миграцию и более жестко контролировать мигрантскую среду, или в обозримом будущем их сметут альтернативные политические силы националистического толка. Ведь националисты набирают все больший политический вес в европейских странах, что связано с растущей поддержкой населения.

Читайте также:  Второе поколение немецких иммигрантов

Если в Европе политический маятник вновь качнется вправо и к власти придут радикальные националисты, то виноваты в этом будут, прежде всего, не малограмотные переселенцы из развивающихся африканских и азиатских стран, а те современные европейские политики, кто поддерживал политику «открытых дверей» и впускал в европейские страны неограниченное количество мигрантов, не думая о настоящем и будущем.

Миграция населения Европы

Миграция населения Европы в эпоху Нового времени

Рост миграционных процессов в странах Западной Европы в эпоху Нового времени был обусловлен:

  • становлением капиталистических отношений;
  • развитием мануфактурного и фабричного способа производства;
  • утверждение частной собственности на землю.

Все эти факторы значительно повысили спрос на рабочую силу.

Начиная с XVI века в некоторых странах Европы (Италия, Франция, Англия и др.). идет процесс развития буржуазных отношений. Переход от феодальных отношений к капиталистическим в Англии происходил через «огораживание», когда крестьян сгоняли с земель феодала. В результате появилось множество обнищавших и разорившихся собственников – пауперов, переходивших в поисках работы из одного поселения в другое, перемещающихся в города.

Переход к буржуазным отношениям сопровождался массовым обнищанием населения и, как следствие, бродяжничеством. Для борьбы с этим явлением государство решило высылать бродяг и нищих из страны.

Наибольшего развития такая практика получила в Англии на стыке XVI-XVII вв. Посредством таких мероприятий власть способствовала заселению своих многочисленных колоний.

Попробуй обратиться за помощью к преподавателям

Миграционные процессы XIX-XX вв.

Миграционные процессы XIX-XX вв. значительно активизировались. На протяжении XIX века на другие континенты переместилось более 50 млн человек.

Основными причинами миграционных процессов являлись экономические причины. Нехватка земли в местах постоянного места жительства европейцев, дешевая земля в местах иммиграции – все это способствовало миграции, особенно в сельскую местность.

В конце XIX века основные миграционные потоки перемещаются в направлении промышленных центров. Так, из Европы в США в период с 1846 г. по 1939 г. выехало 38 млн человек, в Аргентину и Канаду – по 7 млн, в Бразилию – 4,6 млн, а в Австралию – более 2 млн человек.

Миграционные потоки неоднократно меняли свою интенсивность и направление:

  • до кон. XIX века больше всего человек эмигрировало из Северо-Западной Европы, перед Первой мировой войной усилилась эмиграция из восточных и юго-восточных районов Европы;
  • до Первой мировой войны 40 млн человек переехало за океан;
  • от 5 до 10 млн иммигрировали в страны Европы;
  • в 20-е гг. XX века в США уехало 6-7 млн человек (до 600 тыс. человек в год);
  • 30-е гг. XX века число мигрантов за океан резко сокращается (до 140 тыс. человек в год);
  • кон. 30-х гг. характеризуется крупной политической миграцией, максимум которой приходится на годы Второй мировой войны и послевоенные годы;
  • период Второй мировой войны – эмиграция в США почти полностью остановилась;
  • 40-60-е гг. XX века – число переселенцев возрастает до 585 тыс. человек в год;
  • начало XXI века – огромное число эмигрантов в страны Европейского Союза из стран Ближнего Востока, Африки, Азии.

Задай вопрос специалистам и получи
ответ уже через 15 минут!

Более всего европейцы эмигрировали в США из Англии, Испании, Италии, Германии. Жители этих стран составляли от 70 до 85% (в разные годы) всех эмигрировавших европейцев. Значительными направлениями для миграции стали: Канада, Новая Зеландия, Латинская Америка, Южная Африка.

В миграционных процессах Европы выделяют следующие основные периоды:

  • I период – кон. XIX нач. XX вв. Характеризуется свободным перемещением людей между странами Европы (искл. составляла Россия) без паспортов и разрешений. К 1900 г. Европу покинуло 12% населения. Накануне Первой мировой войны широкие масштабы приобрела внутриевропейская миграция. Около 5 млн человек жили за пределами своих родных стран.
  • II период – 1914 – 1945 гг. Характеризуется принятием законов, которые ограничивали въезд иностранцев в Европу, тем самым защищая в условиях роста безработицы и массовой демобилизации ранки труда. Так как в США в 1921, 1924 гг. были приняты акты о квоте мигрантов и ограничении миграции соответственно. В результате европейцы стали переезжать в Латинскую Америку, в большая часть англичан – в собственные колонии. Англичанам, переселяющимся в доминионы, предоставлялась финансовая поддержка. Экономический кризис 1920-1930 гг., последовавшая за ним депрессия привели к массовой безработице и сопровождались ограничением въезда в страны Европы. В 30-х гг. распространена внутриевропейская миграция, затронувшая порядка 11 млн. человек. В 30-е гг. возросли процессы реэмиграции – встречный поток мигрантов из США, Австралии, Канады в Великобританию, Швецию, Испанию, Нидерланды и Бельгию.
  • III период – 1945 г. – сер. 70-х гг. Последствия Второй мировой войны, нефтяной кризис оказали значительное влияние на миграционные процессы. Множество людей возвращались в родные места из плена, немцы-эмигранты ехали обратно в Германию. Послевоенное развитие экономики и восстановление требовало много рабочей силы. Многие законы, ограничивающие миграцию, отменили. С 1946 по 1963 гг. из Европы в США переехало 2,9 млн человек. В Западную Европу в период с 1950 по1979 гг. переселилось около 10 млн человек.
  • IV период – с сер. 70-х гг. по настоящее время. В сторону ужесточения изменяется миграционное законодательство.

Миграция населения Европы на современном этапе

Массовое переселение в страны Европы жителей Ближнего Востока, Азии и Африки началось примерно 50 лет назад, когда рабочих приглашали на временные работы.

В настоящее время миграция населения в страны Европы обусловлена поиском более комфортного места жительства, высоких источников дохода и получения квалифицированного образования. Преобладают переезды всей семьей.

С 2015 года вследствие военных действий ряда регионов Азии и Африки наблюдается массовое переселение беженцев из этих стран. В Европу мигранты попадают через Грецию, Италию и Испанию.

Данный процесс трудно контролируем. Он опасен увеличением населения в странах Европы, ростом преступлений (изнасилований, убийств), терактами.

Резко сокращается объем рабочих мест. Большая доля среди беженцев приходится на женщин и детей, которым оказывается экономическая поддержка, которая может негативно сказаться на бюджете государства и возможно, даже, привести к кризису.

По мере роста числа мигрантов возникают трудности с их адаптацией. Сталкиваются разные культуры, что несет определенные этнические риски для местного населения.

Миграционные процессы в Европе – это острая проблема многих стран. Растет недоверие к иммигрантам, в повседневной жизни европейцев все чаще проявляется ксенофобия. Развитию напряженности способствует формирование в среде мигрантов крайне правых, с террористическими взглядами организаций.

Так и не нашли ответ
на свой вопрос?

Просто напиши с чем тебе
нужна помощь

Этнографический блог о народах и странах мира их истории и культуре

Главное меню

Самые интересные заметки

РЕКЛАМА

Миграция населения Зарубежной Европы в XIX—XX веках
Этнография – Народы Зарубежной Европы

Миграции играли видную роль в динамике численности населения стран зарубежной Европы: внутренние миграции приводили к перераспределению населения между странами, внешние влияли на оощую численность населения зарубежной Европы. В древности миграции населения, передвижения племен и народов оказывали громадное влияние на всю историю Европы; в средние века, и особенно после великих географических открытий, особое значение приобрели миграции европейцев в другие части света, повлиявшие на дальнейший ход мировой истории. Ниже мы остановимся на характеристике миграций в XIX—XX вв., имевших особенно большой размах и качественное своеобразие но сравнению с предыдущими миграциями.

Эмиграция за пределы Европы вначале XIX в., во время наполеоновских войн и войны Англии с США (1812—1814 гг.), была незначительной и лишь в отдельные годы превышала 5 тыс. человек. Эмиграция начинает постепенно возрастать с начала 1820-х годов, а в середине столетия страны зарубежной Европы дают ежегодно уже около 300 тыс. эмигрантов. В-после- дующие десятилетия численность эмигрантов колеблется в среднем от 200 до 400 тыс. человек в год, однако в 1880-х годах начинается новый размах эмиграции, достигающей в отдельные годы около 1 млн. человек

Эмиграция из стран зарубежной Европы определялась главным образом экономическими причинами и была связана с развитием капитализма в промышленности и сельском хозяйстве, разорением мелких производителей, относительным аграрным перенаселением в деревне и созданием резервной армии безработных в городе. Эмигранты устремлялись в страны новой колонизации, преимущественно в США и другие государства американского континента, куда их привлекало наличие свободных земель, большой спрос на рабочую силу и связанный со всем этим более высокий жизненный уровень. Динамика эмиграции определялась разными причинами; так, например, резкое возрастание эмиграции в середине XIX в. объясняется массовым переселением из Ирландии, которая дала с 1845 по 1855 г. свыше 1,3 млн. эмигрантов (т. е. около половины европейских эмигрантов), усилением политической эмиграции после подавления революции 1848 г. и наступившей в Европе полосой реакции и, наконец, открытием золота в Калифорнии. Эмиграция из Ирландии, последовавшая за голодом 1845—1852 гг. и сильной эпидемией тифа, сыграла видную роль в сокращении численности ее населения с 8,2 млн. человек в 1841 г. до’5,8 млн. в 1861 г. После 1861 г. эмиграция из Ирландии несколько уменьшилась, однако число эмигрантов ежегодно превышало естественный прирост. Вследствие этого численность населения продолжала снижаться; к 1926 г., когда она несколько стабилизировалась, количество жителей в стране составило 4,2 млн. человек.

Вплоть до начала 1880-х годов не менее половины всех европейских эмигрантов составляли выходцы из Великобритании, преимущественно из Ирландии и Шотландии, так как значительная часть «избыточного» населения собственно Англии поглощалась ее быстро растущей индустрией. Довольно высокий процент эмигрантов давала Германия, что было связано как с разорением немецких крестьян и частыми неурожаями, так и с рядом политических факторов (жестокое подавление революций 1830 и 1848 гг., неоднократные войны между германскими государствами и т. д.). Следует сказать и об эмиграции из малоземельных стран Скандинавии, которая по своим относительным размерам (в отношении к численности населения этих стран) уступала лишь переселению из Ирландии. В последние десятилетия XIX в. возрастает роль стран «новой эмиграции» — отсталых аграрных стран Южной и Восточной Европы (Италия, Австро-Венгрия и др.), отличающихся высокими темпами естественного прироста населения. Несколько изменился и состав переселенцев: если в первой половине XIX в. среди них преобладали крестьяне и ремесленники, то теперь основную массу эмигрантов стали составлять промышленные рабочие, обычно не имеющие квалификации. Сравнительно небольшие размеры имела заокеанская эмиграция из Франции, однако значительные группы французов в это время переселялись во французские владения в Северной Африке, главным образом в Алжир.

Начало XX в. придало новый, невиданный размах заокеанской эмиграции, составившей в отдельные .годы около 1,5 млн. человек. Если за предыдущие 20 лет из стран зарубежной Европы выехало около 14 млн. человек, то за 15 лет (с 1900 по 1915 г.) выехало 19 млн. человек (около 6% всего ее населения).В эмиграционном потоке резко возросла роль стран «новой эмиграции»: по абсолютному числу эмигрантов на первое место вышла Италия, Великобритания отошла на второе место, а третье место заняла Австро- Венгрия. Сильно сократилось число переселенцев из Германии, которая в связи с быстрым промышленным развитием превратилась из страны эмиграции в страну иммиграции, привлекая рабочих из Австро-Венгрии и других мест. Основной поток эмигрантов по-прежнему направлялся в США (свыше 12 млн. человек), однако возрастает и процент эмигрантов в страны Южной Америки, главным образом в Аргентину и Бразилию. Говоря об эмигрантах этого периода, необходимо отметить две особенности: бедность эмигрантов и значительное преобладание в их составе мужчин. Эмиграция начинает терять свой «семейный» характер, многие рассматривают ее лишь как временный отъезд с целью заработка. В связи с этим, а также ввиду возрастания трудностей устройства на новых местах, быстро увеличивается и число реэмигрантов, доходящее в отдельные годы до 40% по отношению к численности эмигрантов *.

В годы первой мировой войны эмиграция из стран Европы резко сокращается, а в составе эмигрантов возрастает процент выходцев из стран, сохранивших нейтралитет (Испания, Португалия и др.). В послевоенные годы эмиграция снова оживает, достигая своего максимума в начале 1920-х годов, когда в заокеанские страны ежегодно отправлялось свыше 600 тыс. человек. Снижение эмиграции в последующий период было вызвано главным образом тем, что в США — основной стране оседания переселенцев — были приняты законы, ограничивающие общее число иммигрантов (в 1921 г. до357 тыс.человек в год,в1924г. до161тыс.ив 1929г.до 150 тыс. человек), и особенно численность переселенцев из стран «новой эмиграции». Принятие этих законов привело не только к сокращению общего числа эмигрантов, но и к некоторому изменению направлений миграционных потоков: свыше половины всех эмигрантов (в том числе подавляющее большинство из стран «новой эмиграции») направляются теперь в Латинскую Америку (Аргентину, Бразилию, Венесуэлу и др.)* Нельзя не отметить некоторое увеличение в эти годы эмиграции из стран Европы (особенно из Италии) в их африканские и азиатские колонии.

В период мирового экономического кризиса 1929—1932 гг. заокеанская эмиграция сократилась. Размеры ее несколько возросли лишь в середине 1930-х годов, когда к эмиграции по экономическим причинам добавилась политическая эмиграция, главным образом из фашистских государств и захваченных ими стран. Достаточно сказать, что с 1933 по 1939 г. политические эмигранты составили V3 от общего числа переселенцев в США. Всего за межвоенный период, с 1918 по 1939 г., из Европы выехало около 9 млн. человек. С 1939 г., когда началась вторая мировая война, эмиграция почти прекратилась.

Внутриевропейские миграции населения по своему размаху значительно уступали заокеанской эмиграции, однако их влияние на жизнь стран зарубежной Европы было, несомненно, более заметным. Следует отметить также, что массовые внутриевропейские миграции населения возникли несколько позже заокеанских; их развитие началось лишь в последней четверти XIX в. Значительное число иностранных рабочих впервые ^появил ось во Франции в период ее индустриализации и усиленного строительства железных дорог. С 1870 по 1900 г. во Францию ежегодно прибывало около 30 тыс.рабочих^ главным образом из Италии и Бельгии; перед началом первой мировой войны во Франции было свыше 1 млн. иностранных рабочих. В конце XIX в. на первое место по числу ежегодных иммигрантов выдвинулась Германия, что было связано с ее бурным промышленным развитием. За период с 1880 по 1910 г. (и преимущественно во второй половине этого периода) в Германию прибыло около 1 млн. рабочих, главным образом галицийские и русские поляки, судетские немцы, итальянцы и голландцы. В ряде стран наблюдалось усиленное движение через границу в том и другом направлении (Бельгия, Швейцария и др.), однако численность постоянных иммигрантов в них была невелика. В начале первой мировой войны большинство иностранцев, находившихся в странах Центральной и Западной Европы, были вынуждены вернуться домой.

Первая мировая война вызвала массовые передвижения населения (движение войск, бегство мирного населения из зоны военных действий, усиление потока беженцев в нейтральные страны и пр.), но в большинстве случаев эти передвижения были временными. Гораздо большее влияние в этом отношении оказало заключение мирных договоров и установление новых государственных границ, что сопровождалось добровольным, а иногда и принудительным перемещением населения, главным образом групп национальных меньшинств. Эти по своей сущности политические миграции были характерны прежде всего для стран Восточной и Центральной Европы: переселение немцев с территории, отошедшей от Германии к Польше (свыше 500 тыс. человек), переселение венгров из Чехословакии (свыше 200 тыс. человек), Румынии (около 200 тыс.) и Югославии (около 100 тыс.), переселение в Австрию групп немецко-австрийского населения из прежних областей Австро-Венгрии, эмиграция из России во время гражданской войны и др. Очень крупные миграции населения возникли во время греко-турецкой войны 1921—1922 гг. и непосредственно после нее, когда Лозаннским договором был предусмотрен обмен населением между Грецией и Турцией. В результате этих миграций в Грецию прибыло около 1200 тыс. греков из областей Европейской Турции и Малой Азии, а в Турцию — около 400 тыс. турок из Греции г .

После окончания первой мировой войны сильно возросли миграции населения по экономическим причинам, хотя развитие их несколько сдерживалось появлением ряда ограничений передвижениям из страны в страну. Более четко по сравнению с довоенным периодом обозначилось и деление стран зарубежной Европы на страны эмиграции (главным образом несколько отставшие в своем экономическом развитии, преимущественно аграрные страны Восточной и Южной Европы, отличавшиеся высоким естественным приростом населения*: Польша, Балканские страны, Италия, Испания и др.) и страны иммиграции (передовые индустриальные державы Центральной и Западной Европы с низким приростом населения: Франция, Великобритания и др.). По общему числу иммигрантов резко выделялась Франция; по переписи 1931 г. в ней было 2715 тыс. иностранцев (не считая 360 тыс. натурализованных), в том числе свыше 900 тыс. итальянцев (главным образом в юго-восточных областях), свыше 500 тыс. поляков (преимущественно в северо-восточных районах) и свыше 300 тыс. испанцев (в юго-западных районах). Острая нехватка рабо’чих рук во многих отраслях французской экономики привлекала туда эмигрантов даже из Швейцарии и Бельгии, которые сами,по существу,были странами иммиграции: в Швейцарии к 1930 г. насчитывалось около 360 тыс. иностранцев, главным образом выходцев из Италии и Германии; в Бельгии — около 320 тыс. иностранцев, главным образом из Нидерландов, Франции, Польши. Быстро росло число иммигрантов в Великобритании, куда в это* время шел основной поток переселенцев из соседней Ирландии.

После экономического кризиса, к середине 1930-х годов, в связи с неустойчивым экономическим положением стран иммиграции и общим обострением политической обстановки в Европе экономические миграции сильно сократились, а в некоторых случаях сменились обратным движением (возвращение части поляков из Франции и т. п.). Наиболее значительные передвижения населения в это время были вызваны уже политическими факторами.

Некоторые результаты миграций населения стран зарубежной Европы в начале 1930-х годов, в тыс. человек *

Ссылка на основную публикацию